Насколько я ощущал это заклинание и границы своих возможностей, могу с уверенностью сказать, что количество затраченных усилий и магии возрастает не просто по экспоненте, а многократно увеличивая требуемые усилия для воспроизведения заклинания. Если рассуждать в простых числах, то создание одной защиты стоит мне одного очка усилий, второй — пять, а третьей — двадцать пять. Ужасно представить, сколько потребуется сил для того, чтобы сделать четвёртую защиту…
Чёрт, дурень! О чём я вообще думаю в такой ситуации⁈ Меня убивают, а я размышляю о магии защиты… Хотя какой там убивают — я даже никого не вижу. Чёрт, грустно ощущать себя настолько беспомощным. Кажется, что ты простой мячик на футбольном поле, который так и норовят пнуть в нужную сторону.
Вдруг в голову пришла очередная хорошая идея, и я, не задумываясь, принялся за её реализацию. Конечно, долой мозги, зачем мне вообще думать прежде, чем делать! Я сразу захлопнул глаза обрезая самый большой поток информации, пока остальные органы чувств начали быстро притупляться. На смену моим несовершенным физиологическим органам чувств, пришли духовные. Мир расцвел мириадами цветов и оттенком, ослепляя мой взор. Но не успел я привыкнуть к резкой смене перспективы, как вдруг… моё поле зрения затмила бездонная, безграничная и холодная тьма. Вместо того чтобы расширить область восприятия, ощущения притупились ещё сильнее; я даже на расстоянии вытянутой руки едва мог что-то различить, не говоря уж о том, чтобы увидеть обидчика.
Вдруг в затылке зачесалось. Неприятное ощущение разлилось по всему телу, и голова метнулась к источнику этого чувства. Метнулась, конечно, образно сказано, ведь в духовном восприятии физические параметры тела не играют особой роли. Только теперь, обратив внимание в ту сторону, я понял смысл выражения: «Если долго смотреть в бездну, то бездна посмотрит на тебя». Нет, я не видел ни глаз, ни тела, но я словно застыл, ощутив внимание чего-то страшного, большого и очень опасного. Тело и разум просто отказывались делать что-либо, кроме как смотреть на то самое место, откуда исходило это пробирающее до оснований души ощущение.
С каждой секундой… Секунды ли? Я углублялся в эти ощущения, тихо и мирно отбрасывая всё, что мне было интересно, дорого или имело хоть какое-нибудь значение, какой-либо смысл и цель. Все мои действия начинали терять свой замысел, а поступки превращались в несусветную чушь, словно игра ребёнка в песочнице, который изо дня в день строил свой песчаный замок, чтобы он вновь превратился в кучку песка…
Бам.
Тело вздрогнуло, ощутив сильное воздействие, но ощущения боли быстро притупились, и я продолжал тонуть в бездонной тьме.
Бам.
Вспышка. Адреналин. Шок.
Все эти эмоции и ощущения, словно электрический разряд, прошли по моим нервам. Духовное восприятие прекратилось, и я очнулся у себя в лагере.
Чёрт… Что это за хрень была? Я… словно совсем потерял… обезличил себя. Мои эмоции, воспоминаний, ощущения, все они будто съедались с противным хрустом разрубленной кости. Неосознанно у меня пробежали мурашки, а волосы встали дыбом. Бр-р-р. Что это было? Если бы я не выбрался… что бы со мной по настоящему случилось? Я-я бы стал… нет… я бы просто бесславно оставил здесь свою жизнь практически за просто так, продав ее по дешевке.
— Значит, ещё не очнулся… Стоит продолжить процедуру… — Знакомый голос раздался где-то рядом, но я был слишком занят переживанием того, что только что ощущал, и пропустил его слова мимо ушей, не придав им значения.
Бам.
Снова вспышка боли, во рту почувствовался металлический привкус крови, а глаза метнулись на старика, который скрупулёзно осматривал меня. С одной стороны, такое внимание было даже приятно, но с другой — я вдруг задался вопросом: «На каком основании я здесь лежу?».
Я уже хотел что-то сказать, но старик быстро произнёс,— Снова не в себе… Надо продолжать лечение…
Бам.
Я попытался остановить его и если честно, где-то между я даже улыбнулся в благодарность за то, что меня вытащили. Но вот была проблема, я никак не мог заговорить, да даже выкрикнув хоть слово; тело не слушалось, язык приклеился к нёбу. Я словно тупая кукла сидел с дебиловатым лицом, пялясь куда-то вдаль.
Бам.
— Сто… — через силы попытался я сказать.
Бам.
— Я…
Бам. Бам. Бам. Бам. Бам.
— Ааа, собака! — закричал я изо всех сил. Тело кряхтело и ломало невероятно сильно, что я просто не понимал, как оставаться в сознании. Старик совершенно не жалел мою плоть, хотя чего ещё можно ожидать от того, кто работает с трупами. С каждым лечебным ударом дед выбивал не только злого духа коем я считаюсь просто базово, но и всю мою благодарность на которую я готов был расщедриться.
— О! Очнулся! Благодаря мне и моим невероятным навыкам лечения тебя не забрали на ту сторону. Будь благодарен, щенок! — с оскалом заявил старик, ярко улыбнувшись своими гнилыми зубами. Словно в аккомпанемент тела старика заскрежетало, кости захрустели поддерживая своего хозяина.
