Абхазские сказки полностью

ЕЛО Абжаква издавна славилось своим кислым молоком. Один человек перед поездкой в это село сбрил усы, чтобы они не мешали ему во время еды.

Но случилось так, что его никто не угостил кислым молоком. И он пожалел о поспешно сбритых усах.

Отсюда пошла поговорка: «Сбрил усы, понадеявшись на абжаквинцев».

КНЯЗЯ Хабуга умер его молочный брат — крестьянин, живший в соседнем селе. Вот к князю прислали горевестника Мача.

Мач верхом въехал во двор Хабуга и остановил свою лошадь в середине двора. А на крыльце в это время сидел князь.

— Кто ты и зачем приехал? — крикнул Хабуг.

— Случилось несчастье, скончался твой молочный брат!

— А почему же ты не спешился? Знаешь же обычай![29]

— Не все ли равно, кто умер — князь или крестьянин — смерть всех равняет, — ответил горевестник.

— Ах ты, ничтожество! Кто тебя послал? Неужели не нашли никого умнее тебя?

— Князь, умных людей направили к умным, а меня послали к тебе.

Так ответил Мач заносчивому князю и, повернув лошадь, умчался со двора.

ОДНОМУ арестанту подошел начальник тюрьмы в сопровождении надзирателей и спросил:

— А тебя за что посадили?

Арестант сам не знал, за что он пострадал, и ответил:

— Не знаю, но, кажется, за то, что у меня не ровно растут усы.

С тех пор и пошла пословица: обидели за то, что усы кривые.

ЕВУШКА у ручья набирала воду. Пуля охотника случайно попала в кувшин и разбила. Она стала рыдать. Ее спросили, почему она так горюет, — кувшин не стоит слез.

На это она ответила:

— Как же мне не плакать? Если бы я была замужем и имела ребенка, если бы он был со мной, то пуля могла бы его погубить.

ХОТНИК долго искал дичь, но ему не везло — не попалось ничего. Возвращаясь домой, он заметил на орешнике дрозда. Выстрелил в него, да промахнулся.

Досадуя, он пошел дальше. По пути, увидев скворца, он подстрелил его, приговаривая:

— Так тебе и надо, ведь и ты черный!

АКОЙ-ТО певец пел перед народом; его никто не слушал. Но одна старушка заплакала.

Певец это заметил, подошел к ней и спросил:

— Бабушка, что плачешь, мое пение тебя растрогало?

— Да, голубчик, твое пение напомнило мне голос моей любимой козы, которую в прошлом году задрали волки.

ДНОЙ старухе приснилось, что она танцует. Проснувшись, она стала сердиться на своего старика, лежавшего рядом, за то, что он не бил в ладоши.

КАЗИТЕЛЬ и остряк Чагу Чацба шел через Заганскую возвышенность. В пути его застал дождь. Чагу завернул к своему хорошему знакомому. Хозяина не было дома, и гостя встретила жена.

Будучи скуповатой, она приготовила скудное угощение. Пока Чагу ел, на крыльцо взлетел жирный петух. Расправив крылья и глядя на хозяйку, он стал кукарекать.

— Замолчи, чтоб твое горло залило кипятком! — крикнула хозяйка и прогнала петуха.

— За что ты его гонишь? Он не сделал ничего плохого. Отсутствие хозяина его спасло, вот он и орет от радости, — сказал Чагу, улыбнувшись.

ПУТИ Чагу проголодался и зашел к знакомому. Хозяина не было дома, его встретила хозяйка. Он попросил накормить его.

Хозяйка сварила мамалыгу и наложила полную тарелку. Затем она нарезала тоненькие кусочки сыра и положила на мамалыгу.

Подавая тарелку, хозяйка сказала:

— Дорогой гость, я дала последние кусочки сыра, поэтому мамалыгу кушай большими кусками, а сыр — маленькими.

Чагу стал есть. Но, откусывая кусочек сыра, он каждый раз подымал голову к потолку. Дело в том, что там висела плетеная корзинка, в которой был виден изрядный круг сыра, и Чагу это заметил.

А хозяйке пришлось от стыда прикрыть лицо фартуком.

ИЛ старик со старухой. Детей у них не было. Скучно им стало. Вот однажды муж говорит жене:

— Послушай, жена! Нет у нас детей, некому нас ни радовать, ни забавлять. Ну, чем бы нам развлечься?

— Давай-ка сыграем в молчанку, — предложила жена.

— Ладно! — сказал муж.

Условились: кто проиграет, тому загонять телят.

Старуха пошла в лес собирать хворост. А старик остался дома и сел на крыльце.

Заехали во двор два всадника, но хозяин не тронулся с места.

— Здравствуй хозяин! — крикнули наездники, но старик не отозвался.

— Что с тобой, глухой ты, что ли? — обратились они к нему.

Старик даже не шевельнулся.

И так и этак добивались они ответа, но старик все молчал. Тогда один из всадников разгневался и огрел его плетью. Другой соскочил с лошади, вынул нож, отхватил ему один ус и надрезал ухо. Старик кряхтел, но все же не проронил ни звука. Всадники плюнули на прощание и ускакали. Старик, преодолевая боль, выругался про себя.

Стемнело. Вернулась старуха, взглянула на старика, невольно ахнула и, всплеснув руками, воскликнула:

— Кто же тебя гак изуродовал?

— Ага! Ты проиграла, ты проиграла! — радостно закричал старик. — Теперь иди и загоняй телят, а меня оставь в покое.

ОДНОЙ вдовы был единственный да к тому же очень глупый сын, по имени Кдыж.