Пронесло стороной также стариков, чья репродуктивная функция оставляла желать лучшего. Потому они и мало кого интересовали.
Для пенсионеров наступили тяжелые времена.
***
В Лагерях Надежды, разбросанных по всему миру, женщины отчаянно боролись за жизни маленьких безусых существ. Мальчиков каждый день подвергали исследованиям. Они пребывали в стерильных, лишенных и намека на микробы условиях. Им не разрешалось выходить на улицу без специальных защитных костюмов и кислородных масок. Вода, начиная, от мытья рук и заканчивая питьем, проходила не одну стадию обеззараживания и фильтрации.
Дети отсиживались в замкнутых, напрочь изолированных комнатушках. Лаборатории денно и нощно анализировали их кровь и мочу. Но все усилия оказались напрасны. Каким-то странным, невообразимым, мистическим образом они продолжали погибать. И объяснить, как и почему это происходит, ученые дамы не могли.
В ночь, когда безусый паренек видел сладострастный сон, происходила его первая поллюция – совершенно неосознанная, неконтролируемая и скромная. И на этом все заканчивалось. Мальчик, едва ставший мужчиной, отходил тихо и мирно. Так и не просыпаясь.
А трусы его можно было только выбросить. Первая сперма въедалась в ткань намертво.
***
Ни одной утешительной вести с Лагерей Надежды так и не пришло. Последняя тысяча безусых мальцов умирала, окутанная проводами и трубками, в криогенных капсулах. Но все равно умирала. Кто-то или что-то безотказно находило их в тот момент, когда заложенный в организме механизм запускал процесс превращения в мужчину.
Активно продвигалась идея отправить хотя бы одного паренька на орбитальную станцию. Тем самым лишив его вероятного пагубного воздействия планеты.
Но этому не суждено было случиться. Женщины в очередной раз убедились в том, как много действительно важной информации и нужных умений лишали их мужчины.
***
Туши, без обид, но я совершенно не в восторге от нашего обиталища. Понимаю, что я незваный гость, меня никто сюда не приглашал, но все же.
Вот если б я жил в морозильной камере роскошного особняка, того, что построил дед – другое дело. Мне довелось там побывать, всего несколько часов, но впечатления незабываемые.
Дед с унаследованной дотошностью контролировал строительство особняка. По его разумению, жилище единственного мужчины должно служить чем-то наподобие перевалочного пункта для любой страждущей дамы. Ему хотелось не уютного тихого гнездышка, а шумного и развеселого притона. Множество комнат были обустроены с минимальными запросами – кровать по центру, стул, вешалка, уголок санузла. И теперь попробуйте, туши, догадаться, какое предназначение данных комнат.
Отец называл их каморками для обрюхачивания.
В радужном будущем Андрей II Каплун видел себя истинным царьком, со своим переменчивым гаремом. Сотни женщин чинно и величаво расхаживают по дому, а дед решительно шелестит просторы, хватает избранную – и тащит в ближайшую каморку, чтобы перфорировать. И так нескончаемым хороводом.
Властный был старик, ничего не скажешь.
Кстати, гарем, туши, – это коллектив разношерстых баб, собранных вместе с одной единственной целью. Ублажать самца.
***
Когда с дедом перестали хороводиться, назрел бунт. До размеров войны тогда, правда, не дошло. Деду просто отстрелили голову.
Тем самым была проторена дорожка лесбийскому движению. Все, кто участвовал в погроме особняка, были с киевского района под названием Троещина. Оттуда и зародилась публичная гомосексуальность среди женщин. Их теперь так и называют – «троещинки».
Тут прослеживается некоторая аналогия с амазонками. Девицы до сих пор базируются на массиве Троещина.
Ядром лесбийства по праву считается организация, нынче известная миру, как Джинсовый Союз.
***
Кстати, туши, Амазонка – большущая речка далеко за пределами Киева. Она знаменита неприветливой живностью, населяющей ее мутные воды. Огромными змеями-анакондами, рыбами-людоедами пираньями и женщинами-амазонками. Это древнее племя не признавало никаких авторитетов, и было весьма воинственно настроено, особенно им чем-то не угодили мужчины.
Размножались амазонки каким-то фантастическим способом.
Подозреваю, что просто воровали маленьких девочек с соседних, более безобидных поселений. Или брали в плен зазевавшегося мужчинку – и злобно надругивались над ним.
Что случилось с древними амазонками – непонятно. Вымерли. Поменяли среду обитания. Возможно их постигла некая версия Великой Бабуинизации. Но зато понятно, что случилось с их современными наследницами.
Лишенные скромности женщины теперь заправляют делами в единственном мужском городе планеты. И меня в свое время они особо не жаловали.
Как вам такой уклад, тушки?
***
С отловленными троещинками, умертвившими деда, поступили сурово. В двадцать барышень, участниц погрома, заторпедировали вне очереди суппозитории.
И разве это не чудо, что среди них оказалась моя будущая мать.
***
