Я не велся на провокации, оставаясь отупелым воспроизводителем звуков.
– Это единственное, что здесь уцелело. И где есть электричество.
– Ага, и где есть жуткий дубарь. А ты не мог бы включить на всю мощность? Чтоб я сразу стала льдышкой и не мучилась.
– Может охлаждение и выключается, но я не знаю, как.
– Ну да, кого я прошу.
– Придется греться собственными силами.
Иена состроила гримасу.
– Обязательно воспользуюсь твоим советом, – запнулась. Прерывисто перевела дыхание. – Голова раскалывается… Как мы вообще здесь очутились? Я ничего не помню.
– Я ехал, – на секунду осекся. – Ехал и ехал. Куда глаза глядят. Ехал до тех пор, пока не закончилось топливо.
– Начинаю припоминать, – задумчиво откинула голову на ворох ветоши. – Мы догоняли тебя. Врезались. Потом пустота.
Ее глаза широко раскрылись, она возбужденно, с тревогой оглянулась.
– А где Рупия?
Вопрос поставил меня в тупик. Ее слабость, стоны от непрерывной боли вынуждали отложить грустную весть на потом. Но ведь и потом вопрос обязательно всплывет. И едва ли Рупия к тому времени наведается в гости. К тому же, побыстрее ответить и закрыть тему было для меня равнозначно сбрасыванию тяжелой гири с сердца.
– Без понятия, – угрюмо произнес.
– Выкладывай, – тут же раскусила меня Иена.
И я вкратце рассказал историю спасательной миссии, успешной наполовину.
У Иены не оставалось выбора, кроме как разрыдаться.
***
– Какая же ты скотина, – сказала позже, успокоившись. – Убил всех, кто мне дорог.
– Это не входило в мои планы.
– А что? – дернулась и тут же скривилась от боли. – Что входило в твои планы?
Я пожал плечами. Холкой чувствуя, что не стоит пререкаться и лучше всего помалкивать.
– Видеть тебя не хочу, – сказала грустно. – Ты мне противен. Уйди.
Остаток дня она пролежала тихо. Когда я заходил – лежала неподвижно. То ли спала, то ли делала вид. Ну, хоть не плакала.
***
Утром я вернулся. Встретила молчаливо, остраненно. Лицо ссунувшееся, отекшее, бледное.
– Как ты? – участливо произнес.
– Будет лучше, когда свалишь.
– Хорошо. Как скажешь. Тебе что-нибудь нужно?
– Да. Чтобы ты оставил меня в покое.
– Может воды, еды?
– Ничего не нужно, – затем едко добавила: – Если б ты не хотел, чтоб я здесь сдохла, то принес бы воду давным-давно. Так что не стоит уже, справлюсь своими силами.
Спохватившись, я быстро притащил ей пару бутлей воды. На тележке прикатил еду. Иена и бровью не повела.
– Пользуешься моим безвыходным положением, – сердито заметила.
– Извини, я сразу не сообразил. Еще что-то принести?
– А что еще есть в этом твоем маркете? – вяло поинтересовалась, безразлично наблюдая, что я выгружал.
– Много чего. Правда, со свежестью проблемы. И отдел бытовой техники разрушен полностью, на него упал самолет.
– Самолет? Хочешь сказать, на здание рухнул самолет?
– Я тут не при чем.
– Интересно. А из реки подводная лодка случайно не торчит?
– Не веришь – не надо.
– Хорошо-хорошо. Просто, если ты не возражаешь, я немножко поудивляюсь.
– Могу отвезти – сама убедишься.
– Только дотронься, и схлопочешь по мозгам, – сурово ответила. – Книги тут есть?
– Полно.
– Не сильно оскорблю просьбой принести парочку? – уставилась надменным тоном. – Да, и лампу еще настольную. Правда, это только в том случае, если в планах нет сделать меня слепой.
***
Действительно странно, а в нашем с Иеной положении – очень замечательно – что столько продуктов сохранилось спустя пятьдесят с копейками лет. Прежде всего, это консервы. Да, часть вздулась, часть взорвалась, разбросав ошметки, давно высохшие дряблыми кляксами. Но оставалось их еще сотни и сотни. Именно они и составляют основу нашего рациона.
Не утратили своих питательных свойств и всякие сладости-солености. Чипсы, сухарики, сушеная рыбка, поп-корн, шоколадные батончики и конфеты. Бог весть что туда добавляли, но этот чумовой шлак, как выражается Иена, до сих пор съедобен.
Отдел с чумовым шлаком находится в глубине маркета, и ни солнечные лучи, ни ветер, ни пожар от крушения самолета – не принесли им вреда. Некоторое время я даже нервничал, что их и желудок не усвоит – оно все таким и выйдет, как зашло.
Впрочем, судя по тому, насколько мой личный калорифер заправски пыхтит после употребления подобной снеди, справляется организм с трудом.
***
Алкоголь, равно как и остальная, менее важная жидкость, располагаются в самом конце гипермаркета, сразу за чумовым шлаком. Настаивается в укромной тени и покое.
Запасов этого добра хватит, чтобы напоить стадо баранов. Но Иена четко дала понять, что алкоголь ей нужен исключительно для снятия болевого синдрома и обработки ран.
Ага, как бы ни так.
***
Как и полагается Андрею IV Послушному, я прикатил состав тележек с припасами. Если б она только пожелала, то неделю могла бы сидеть тихо в своей морозилке.
Но этого не случилось. Ей не понравилась литература, которую я выбрал почитать. Кто бы мог подумать, туши, но Иена не любитель комиксов.
***
