Нобелевский лауреат Петр Леонидович Капица в 1965 году, на Общем собрании Академии наук СССР сказал следующее: «Я хочу остановиться на причинах, которые тормозят освоение достижений науки и техники… Это видно из того слова, которое мы обычно употребляем – «внедрение»… Слово «внедрение» в русском языке означает, что продвижение вперед происходит при сопротивлении окружающей среды… Когда мы начнем употреблять слово «освоение» новой техники, можно будет считать, что мы достигли нормальных условий для ее развития…
Четвертое условие: когда вы обучаете кого-нибудь чему-нибудь, должны быть созданы достаточно благоприятные материальные условия» (Капица П.Л. «Эксперимент, теория, практика». Изд. Наука,1974, стр. 100, 101).
Госстрой СССР своим решением не позволил проектным организациям включать в проекты изделия, которые серийно не выпускались. Но коль скоро промышленность не была заинтересована в выпуске серийной новой техники, то и строительные проекты перестали быть прогрессивными. К тому же финансирование экспериментальных проектов фактически не осуществлялось, значит, высшая техника появиться не могла.
Принципиальные решения КПСС поставили блок прогрессу «на базе высшей техники». Попутно они закрепили посредственность у руководства экономикой. Райкомы вывели из руководства материальным производством Исполкомы Советов Трудящихся, взяли их функции себе и не справились с производством.
В отсутствии массового освоения новой техники перестала расти и производительность труда. Дебит источника устойчивого развития государства стал усыхать.
Как результат появился дефицит рабочей силы. Появилась «лимитная прописка», как зеркало возникшего лимитирования производства по обеспеченности рабочей силой. Это был убедительный сигнал неблагополучия в освоении достижений науки. Политбюро ЦК КПСС, безусловно, знало об этом, но вместо того, чтобы отменить ущербный курс на вынужденный саботаж в освоении новой техники, разрешило предприятиям принимать плановые задания лишь в объеме лимитов по труду. Так закончилась законодательная сила Госплана.
Могла ли быть в таких руководящих условиях «экономика» экономной? А главное, где в лозунге «экономика должна быть экономной» тот сталинский человек с его все возрастающими потребностями? Нет человека. Следовательно, исчез и социализм. Возникновение самого лозунга брежневской эпохи говорит о том, что хрущевский, а вернее, «бухаринский синдром» ЦК КПСС преодолевать не собирался. Новый вождь презрел теорию.
Не грех было бы и М.С. Горбачеву перед произнесением слова «перестройка» провести научный исторический анализ результата первого применения слова «перестройка» Н.С. Хрущевым. Тогда страна осталась без хлеба, следом и без генсека. Может быть, ему удалось бы понять, чем должна была закончиться его перестройка, а главное – уяснить причины обязательного провала.
КПСС постепенно размыло ленинские черты организации развития социалистического государства.
База развития государства – новая техника, была заморожена. Основной закон социализма лишился фундамента. Обратная связь с населением осталась разорванной.
П. Тольятти оказался прав. Сознательно или бессознательно, но КПСС долго и упорно готовила спокойный переход к капитализму, и переворот Горбачева-Ельцина стал закономерным результатом освоения руководящим ядром КПСС идеологических основ мелкобуржуазной психологии Н.И. Бухарина.
Единственным и очень ценным результатом деятельности КПСС является ее постоянная и результативная деятельность по созданию основных фондов (заводов, электростанций, железных дорог и т. п.).
В личном плане за период существования ВКП(б) и КПСС заслугой является то, что ни один генсек СССР не стал ни подпольным, ни легальным миллиардером.
Они ошиблись по-крупному, но не в свой карман.
Кооперация получает у нас совершенно исключительное значение.
Очень вероятно, что И.В. Сталин ответственно отнесся к речи лорда Керзона при заключении мира с Германией в 1919 году. Керзон сказал: «Это не мир, это отсрочка войны на 20 лет».
Повторная война для России могла стать инструментом возврата восставшего и победившего народа опять в капитализм.
Опыт войны с Японией, а затем Первой мировой войны, показал слабость индустриальной базы России.
Путь Советской России мог лежать по направлению, позволявшему «обогнать, не догоняя». Но для этого нужны были рабочие руки, которые находились в деревне (78 % всего населения).
Не было другой страховки от войны, как изъятие рабочих рук из села, переложив тяжесть труда на земле на передовую технику (трактора, комбайны, автотранспорт и др.). Однако техника требовала крупных полей. Укрупнить поля можно было только через кооперирование крестьян.
