Но как бы ни хотел Ивар избавиться от этой внезапно посетившей его мысли, она не давала ему покоя еще долгих несколько часов. Они со Скорпиусом успели найти аварийный генератор, включить его, наладить доступ в Интернет и даже взломать базы данных почти всех европейских спецслужб — хотя в последнем случае роль Ивара ограничилась лишь в перечислении названий этих самых спецслужб, — а проклятая мысль никак не хотела уходить, порождая ворох сомнений.
Наконец он не выдержал.
— Целуясь со мной, ты думаешь о нем, да? — спросил, когда они со Скорпиусом пили чай. Поттер все еще не вернулся, но отзвонился, что вышел на связь с министром Магии и теперь зависнет на срочном совещании на неопределенный срок. В любую минуту туда же могли дернуть и Скорпиуса, поэтому было решено прервать хакерскую атаку и пообедать.
— Да, — спокойно ответил Скорпиус. — В том числе. Но если твой вопрос подразумевал, думаю ли я только о нем, то нет.
— Мой вопрос подразумевал... — начал Ивар, но продолжать не стал. Вот как объяснить, что он имел в виду, когда он и сам толком не в силах сформулировать мысль? Сказать, что он не хочет, чтобы Скорпиус представлял на его месте Поттера? Сказать-то можно... только мало того, что прозвучит это глупо и наивно, Ивар искренне боялся, что Малфой воспримет его слова как претезию, на которую он не имеет ни малейшего права. И о нем можно будет смело забыть. — Ладно... пусть так... — выдохнул Ивар. — Может, когда-нибудь ты сможешь меня дифференцировать.
— Так вот она, оборотная сторона отношений с двумя мужчинами — двойное непонимание, — вздохнул Скорпиус. — Ивар, ты должен знать и понимать обо несколько важных вещей, и она из них — самая важная — что я никогда не думаю о чем-то одном. В моей голове такая же каша, как и там, — он кивнул на монитор, где было открыто сразу тридцать окон с сайтами. — Только хуже в две-три тысячи раз. Гарри, кстати, очень обижался на меня, что я не могу выдать ему спонтанную реакцию, не понимая, что спонтанных реакций у меня как минимум пять десятков за раз. Одновременно, понимаешь? — он отчаянно посмотрел на Ивара, надеясь, что тот поймет его лучше. — Поэтому да, я думаю о Гарри, целуясь с тобой, и думаю о тебе, целуясь с Гарри. И еще очень много всего думаю о вас обоих с некоторых пор, — добавил чуть лукаво.
— Смотри, Гарри только не скажи, что целуясь с ним, ты еще успеваешь думать обо мне. Боюсь, это он точно по-своему трактует, — сказал Ивар, улыбнувшись. — Пойми... для простых среднестатистических мозгов подобное признание означает следующее: "Да, любовь моя, я с тобой. Но это мне не мешает мечтать трахнуть другого человека", — картинно скривился Ивар. — Ну или не трахнуть... — продолжил уже менее увереннее. И правда, с чего он решил, что Скорпиус все же рассматривает между ними тремя возможность полноценного секса, а не просто думает о не то чтобы невинных, но все же просто ласках. Но тогда с чего вдруг этот лукавый взгляд, которого Ивар за Малфоем никогда прежде и не замечал? — И что же ты думаешь? — тщательно взвесив, стоит ли начинать этот разговор, спросил он. В конце концов, каким бы странным и противоречивым для Ивара не оказался его ответ, к логике Скорпиуса пора была начать учиться привыкать.
— О нет, — поспешно помотал головой Скорпиус. — Вот произносить все это вслух ты меня точно не заставишь! Достаточно того, что я об этом думаю, — он покраснел и опустил глаза, становясь самим собой. — Но вообще-то можешь и сам догадаться, — добавил смущенно. — Ничего сверхъестественного я не придумывал.
Как и следовало ожидать, реакция Скорпиуса вызвала сиюминутное удивление. Обычно решительно настроенный и так категорично заявляющий о многих вещах, сейчас он смущался и краснел, уходя от ответа. И это было... это было волнующе, черт побери. Потому что прежде он видел таким Скорпиуса только в присутствии Поттера. Возможно, как раз дело и было в том, что мысли Малфоя крутились как раз именно вокруг Гарри, а потому в его мозгах сработал тумблер, переключая его на привычную модель поведения, но Ивару хотелось верить, что сейчас он ошибается. Точнее, Ивар это чувствовал.
— Если это то, о чем думаю и я, то я смело могу считать, что сорвал джек-пот, — весело заявил он и улыбнулся, отставляя чашку.
Скорпиус покосился на него, покрутил в руках свою чашку и вдруг спросил:
— Тебе нравится Гарри?
Вопрос прозвучал громом среди ясного неба. Это что, Скорпиус теперь думает, что все произошло из-за его симпатий к Гарри?
Выдержав испытующий взгляд, Ивар сглотнул, поднялся со стула и в два шага преодолел разделяющее их расстояние. Оказавшись вплотную к Скорпиусу, он мягко потянул его за плечо, разворачивая к себе лицом, и опустился на корточки, устраиваясь между его ног — так, чтобы их глаза были на одном уровне.
