Гарри сжал его крепче и расслабился, позволяя Скорпиусу двигаться за них за всех. Его амплитуды и напора вполне хватало, чтобы вбиваться одновременно и в Гарри, и в Ивара, помогая себе мощными рывками за маккоевские плечи.
Впервые за все это время Скорпиус был хозяином положения, впервые действовал без оглядки на Гарри и впервые позволил себе командовать. Если бы Гарри мог думать о чем-то другом, кроме слепящего обжигающего удовольствия, он бы, наверное, готов был петь от радости. Но сейчас его хватало лишь на то, чтобы стискивать стонущего Ивара в чересчур крепких объятиях, терзать мочку его уха зубами и вздрагивать при каждом длинном толчке.
— Гарри... — выдохнул Ивар в какой-то момент, и его опалило жаром от звука своего имени, как если бы его произнес Скорпиус.
Поцеловав Ивара в щеку, Гарри прижался виском к его виску и скользнул рукой вниз, к паху, крепко обхватывая каменный член.
— Ты был прав, — выдохнул в горячее сейчас ухо. — Ты мне нужен...
Ивар благодарно застонал, и Гарри отчего-то точно знал, что благодарят его вовсе не за прикосновения. Просто Ивару очень нужно было услышать эти слова.
— Нам обоим, — выдохнул Скорпиус у него за спиной, наваливаясь на него грудью и обнимая Ивара через Гарри.
Ивар не ответил, но почему-то спрятал лицо в сгибе локтя, ненадолго перестав стонать. Бесцеремонно подцепив его пальцами за подбородок, Гарри заставил его повернуться и впился поцелуем в распухшие губы.
Гарри проснулся первым. Во всяком случае так ему казалось, пока он не столкнулся взглядом — и к слову, далеко не заспанным — Ивара.
— Доброе утро, — разлепив спросонья губы, проговорил Гарри. — И давно ты за мной следишь? — спросил он, чуть улыбнувшись.
А затем, не дожидаясь ответа, привстал на локоть и потянулся к его губам, наслаждаясь неторопливым утренним поцелуем.
— Вот так бы каждый день начинался... — выдохнул Гарри и откинулся на подушку, продолжая смотреть Ивару в глаза.
— А что мешает? — улыбнулся ему Ивар и тут же нахмурился: — Или это намек, чтобы не надеялся?
— Обычно на подобные вещи я намекаю несколько иначе, — проговорил Гарри и нахмурился. — Не могу понять... Почему все постоянно ищут в моих словах подвох? То Скорпиус, теперь ты, — вздохнул он. — Наверное, отношения — это все же не моя стезя, — чуть помолчав, рассудил Гарри. — И это тоже никакой не намек, — добавил торопливо. — Просто мысли вслух.
— Потому что мы оба боимся, что надоедим тебе, и ты от нас избавишься, — пояснил Ивар, ложась щекой на подушку. — А у меня, к тому же, для страха имеются все основания, — усмехнулся он. — Но раз это был не намек, то у меня еще есть шанс заставить тебя забыть о подобных глупостях, — он улыбнулся и погладил Гарри по щеке.
Гарри довольно зажмурился.
— Ну так и чего бояться. Останетесь вдвоем, — хмыкнул он. — В общем, ты к этому и стремился изначально. И уж исходя из твоей логики, бояться стоит, видимо, мне. Вдруг это я вам надоем... — вздохнул он и потерся щекой о теплую ладонь.
— Вот только Скорпиусу это не ляпни, — Ивар осуждающе на него посмотрел. — И к тому же... — он чуть-чуть помолчал, а потом пожал плечами. — Мало ли, к чему я стремился. Сейчас все по-другому.
— Да? И что же изменилось, Ивар? — протянул Гарри и внимательно посмотрел на него. — Помимо того, что мы узнали на практике, что такое секс втроем?
И только проговорив последнее слово, Гарри понял, отчего в его словах что Скорпиус, что Ивар постоянно ишут скрытый смысл. Потому что, видимо, все его слова именно так и звучат, будто он на что-то намекает, не решаясь произнести приговор прямым текстом.
— В смысле мне действительно хотелось бы узнать, что для тебя изменилось, — закончил он и попытался улыбнуться.
— Знаешь, я точно знаю, что не изменилось никак, — фыркнул Ивар. — Мне по-прежнему иногда хочется тебя стукнуть посильнее. Или даже огреть лопатой. А изменилось то, что теперь, в перерывах между этими двумя желаниями, мне иногда хочется тебя поцеловать, — он обезоруживающе улыбнулся.
— За что лопатой-то? — возмутился Гарри, возвращая Ивару улыбку. — Может, я просто захотел подстраховаться и обнадежить себя тем, что Скорпиуса ты у меня уводить не собираешься.
— Не собираюсь, — подтвердил Ивар, пододвигаясь ближе. — Теперь вы нужны мне оба, — признался он, обнимая Гарри за талию и заглядывая ему через плечо — туда, где спал, закопавшись в одеяло, Скорпиус.
— Все-таки ты чертовски везучий человек, — с улыбкой выдохнул Гарри, рассеянно поглаживая Ивара по спине. — Подумать только... Скорпиус подпустил тебя к себе, я не пришиб за все это время, — он покачал головой, мысленно поражаясь маккоевской везучести. Ну и тому, как причудливо и неожиданно перетасовались обстоятельства. — Будешь нашим личным талисманом удачи, — помолчав некоторое время, заключил он и мазнул губами по щеке Ивара.
Ивар усмехнулся и подставил губы.
— Не знаю, как насчет везения, но я самый счастливый человек — это точно, — прошептал он, когда они устали целоваться. — Давай разбудим Скорпиуса? Я по нему уже соскучился.
