Сначала звезды действовали осторожно, будто знакомясь. Они по одной заползали на кожу и щекотали Гарри мягкими лучиками. А потом то одна, то другая стали мягко нажимать на чувствительные точки, будто чувствуя скопившееся напряжение в мышцах. Очень скоро Гарри расслабился по-настоящему, и тогда звезды наконец показали всё свое мастерство — облепив все тело, они разминали и гладили его в пять маленьких "рук" каждая, где-то нажимая с силой профессионального массажиста, а где-то просто мягко надавливая. Все звезды были разного размера, и сели точно туда, где им было место — самые большие и сильные обхватывали бедра, самые маленькие — пальцы.
— Охренеть, — восторженно прошептал Гарри, стараясь не шевелиться, дабы не спугнуть ни одну из них. — И долго они так будут? — спросил он, заставив себя открыть глаза и посмотреть на Скорпиуса.
Тот сидел рядом, играясь всего с одной звездочкой — видимо, на двоих массажный салон рассчитан не был.
— Пока не почувствуют, что их помощь уже не нужна, — отозвался он с улыбкой. — Ну или пока ты их не стряхнешь.
Ну уж нет — стряхивать их с себя Гарри точно не собирался. Снова закрыв глаза, он отдался полностью удивительным ощущениям, а через некоторое время почувствовал, как одна за другой сползают с него, погрузив в состояние полнейшей релаксации и неземного умиротворения.
— Не знаю, как тебе только пришло в голову поселить их у себя, — улыбнувшись, протянул Гарри, — но идея что надо.
— Ты, видимо, просто не был в хорошем СПА-центре, — пожал плечами Скорпиус. — Там много таких. Разные виды, кто-то живет в горячей воде, кто-то в более прохладной. Мне нравится такое сочетание температуры и массажа. Дальше по плану натирание маслами, для этого есть особая кушетка, но если хочешь, я могу сделать это сам... — он подплыл ближе и провел рукой Гарри по спине. — Если ты, конечно, любишь масло.
— Хочу... и масло люблю, — кивнул Гарри, почувствовав, как член начинает отзываться на простое прикосновение. — А еще, — выдохнул он, — перспектива настолько заманчива, что, думаю, пора отсюда вылезать. Иначе какая-нибудь из звезд скоро поймет, что пропустила самое напряженное место.
Скорпиус опустил глаза на его пах и усмехнулся.
— Нет, для этого у меня приспособлений нет, — заверил его чуть смущенно. — Я решил, что это отдает извращением, хотя мне предлагали парочку специально обученных звезд.
— Вот и хорошо, что нет, — улыбнулся Гарри. — А то домогательства со стороны морской звезды — это уже явный перебор для сегодняшнего дня.
Скорпиус улыбнулся и показал ему, как выбраться на берег. Тот был мягкий и теплый, будто резиновый, но что за материал был использован на самом деле, Гарри не знал. Скорпиус подошел к почти невидимой в темноте стене и достал откуда-то кувшинчик с маслом.
— Ложись, — предложил он. — Прямо на пол.
Когда на спину полилось теплое ароматное масло, сладко пахнущее ванилью и чем-то ещё столь же приятным, Гарри готов был замурлыкать. Скорпиус щедро полил всё его тело, а потом сел сверху, мазнув яйцами по ягодицам, и стал это масло любовно втирать.
Звезды постарались на славу — спина была полностью расслаблена, что обостряло приятное ощущение от скользящих ладоней в десятки раз. Скорпиус втирал масло основательно — начав от шеи, он постепенно спустился к ягодицам, не пропустив ни одного миллиметра распаренной и оттого сверхчувствительной кожи. А может, в ход пошла и его удивительная способность отыскивать самые нужные точки, даря каждым поглаживанием неописуемое наслаждение.
Член давно затвердел и упирался в живот, и Гарри невольно пошевелил бедрами, устраиваясь поудобнее. Тем временем горячие ладони легли на ягодицы, мягко поглаживая и слегка их разминая. Порой Скорпиус забывался и сжимал пальцы сильнее, чем того требовал массаж: и в такие моменты Гарри закусывал губу, чтоб не застонать вслух. Однако можно было и не сдерживаться — тяжелое, прерывистое дыхание и так не оставляло сомнений в его возбужденном состоянии.
Гарри невольно дернул бедрами, и тут Скорпиус поступил ну совсем неожиданно. Вместо того, чтобы усилить нажим, он быстро оставил его задницу в покое и вновь скользнул вверх по спине. Ощутив острую волну разочарования, Гарри понял — еще немного, и он начнет умолять Скорпиуса трахнуть его. От одних мыслей о члене Скорпиуса — длинном и скользком от масла — стало совсем жарко, а распираемый кровью собственный член стал еще тверже и требовательно запульсировал.
Скорпиус снова прошелся по спине, убедился, что там кожа уже была почти сухая, впитав масло, и развернулся лицом к ногам. Сначала одна нога, потом другая — он начал со ступней и икр, и лишь затем неуверенно поднялся к бедрам. Осторожничая и будто чего-то опасаясь, он старательно следил, чтобы руки не совались куда не надо и лишь иногда ненароком касался яиц. Гарри, отчаянно желавшему совсем других прикосновений, все происходящее казалось пыткой, но понять Малфоя он мог — можно было предположить, что после утреннего инцидента он даже и думать не смеет о столь желанном для Гарри развитии событий.
