Всеобщий сбор Градов, как это было у него заведено, объявил за полночь. И, разумеется, как тоже было заведено, сбор происходил в не самом удобном для проведения совещаний месте – в бильярдной, размещенной по прихоти шефа во втором, подземном, этаже его главного городского дома. Заведено было также и то, что все приглашенные смиренно занимали свои места на скамьях и стульях вдоль довольно унылых стен бункера. Сам же шеф раздумчиво расхаживал вокруг бильярдного стола и высказывал свое мнение по разным, как правило, весьма неприятным для его безмолвной аудитории проблемам. Приглашены (это слово, применительно к вызову пред светлы очи Вась-Вася, звучало весьма иронически) для разговора сегодня были только четверо – но зато четверо самых посвященных.
– Кто-то из вас, ребята... – начал большой шеф, задумчиво подкидывая на ладони тяжелый бильярдный шар, – Кто-то из вас уверял меня, что та история, в которую нас втравил покойный Копперхед, это уже дело прошлого и стоит забыть наши делишки с ним и с «Абсолютной гарантией». И знаете, по-моему, это был ты, Любимчик...
Выбрав на зеленом сукне стола какую-то заветную точку, он поместил на нее занимавший его внимание шар и, подумав, неторопливо взялся за второй.
Любимчик – в миру Морис Меликов, коммерческий директор полудюжины фиктивных и полуфиктивных отмывочных контор – кличку свою подцепил где-то явно по недоразумению. Трудно было представить, что эта самодовольная и основательно раскормленная туша могла внушить кому-либо не то чтобы любовь, но хотя бы элементарную симпатию.
Сейчас, впрочем, самоуверенности в ней поубавилось.
– Вы хотите сказать? – с беспокойством привстал он со своего места.
– А ты, ты сам ничего не хочешь нам рассказать?
Казалось, Вась-Вась не был занят ничем другим, как поиском места для второго и третьего шаров на зеленом поле бильярдного стола. Любимчик промокнул платком покрывшийся испариной лоб.
– Шеф, вы сами предупреждали нас, что шею свернете тому, кто попробует возобновить эти игры... Я лично своей шеей дорожу...
– Вот как? То, что я прикрыл все делишки с яйцеголовыми ребятами из «Гарантии», вовсе не означает, что я запретил присматривать за ними! И особенно за теми из них, кто запускает ручонки в наши дела на нашей территории. Город поделили я и Носарь. Все. Никаких разговоров больше быть не должно! И что же я вижу сегодня? Как снег на голову объявляются один за одним, в одночасье очень интересные ребята... Сюда – в Санта-Финиту – слетаются сразу двое моих закадычных друзей. И одному из них позарез сдался дешевый фраер Фугу, а другому – наш любимый покойничек-Копперхед.. Вам это что-нибудь говорит? Тебе, например, Фредди?
Аркадий Арестов кличку свою получил по наследству от кого-то из своих предшественников на посту штатного и особо доверенного ликвидатора. Тот был, видно, схож с любимым героем древнеамериканских триллеров. В ответ на вопрос шефа он пожал плечами с таким видом, словно речь шла всего-то о просроченном откупе держателя какого-нибудь заштатного казино.
– Я понимаю, что вы имеете в виду, шеф... И Фугу и Коппер отметились в свое время в каких-то аферах этих медиков. Но... Бывают совпадения... Еше и не такие... Фугу, шеф, работает, вообще, на любого, кто больше заплатит... Когда ему платили люди из «Гарантии», он и для них обделал пару делишек. Но те быстро поняли, с кем связались, дали пинка под зад и... Ничего удивительного в том, что теперь он чем-то насолил кому-то из твоих друзей... Из тех, кто заплатил ему за какие-то дела здесь и потерял денежки... Что до Коппера, то его уже с годик как нет на свете. Так что и говорить не о чем.
Вась-Вась, закончивший наконец расстановку шаров, оторвал взгляд от дела рук своих и уставился на Фредди.
Взгляд его выражал глубокую скорбь по поводу состояния умственных способностей своего штатного ликвидатора
– Есть, – сказал тихо, с большим ядом в голосе – Есть о чем говорить... Ладно, один человек случайно копошится в делах, которые напрямую связаны с «Гарантией». Но делает вид, что ни о чем таком не слышал. Ладно, второй тоже. Но все они – в один день – собираются у третьего типа, который тоже связан с этой историей! У меня! Таких совпадении не бывает! И буквально в тот же день с того света возвращается Копперхед и шатается по Санта-Фините как ни в чем не бывало. Нанимает киллера. Звонит старым знакомым...
На лице Любимчика отразилось искреннее изумление. Рыбак молча, без всякого выражения на лице, разглядывал свои ногти. Фредди же, однако, позволил себе мрачную – под стать своему прозвищу – остроту.
– Что поделаешь, – заметил он. – Сегодня аккурат пятница, тринадцатое...
Вась-Вась даже скрипнул зубами:
– Уместная шуточка. Ничего не скажешь... Реакция четвертого участника ночного сбора не читалась в тени дальнего угла бильярдной.
– Вот что... – продолжил Вась-Вась, вновь отворачиваясь к бильярдному столу. – Что-то там у них не сложилось... Что-то они там не согласовали... Ведь не нарочно же они оба сошлись у меня. Не спугнуть же хотели...
