Всё повторилось, как и в предыдущем разе и вскоре компания увеличилась до одиннадцати членов. Пока свиноподобные обменивались впечатлениями, клялись сокрушить ненавистного монстра и едва не рыдали от сознания собственного благородства, и неожиданно выпавшей возможности принести себя в жертву великой цели — освобождению родного мира, Леонида одолевал самый актуальный на данный момент вопрос — как они всё же выберутся из чёртовой мышеловки! Будь она трижды проклята во веки веков! Хансен, наконец, не выдержал и снова задал его Ивне. Тот несколько раздражённо пояснил — решение найдено и очень скоро пленники получат возможность беспрепятственно проникнуть в смежные помещения. Для этого ему потребуется помощь всех присутствующих. Не соблаговолят ли отважные путешественники подержать за руки и ноги Лопо? Леонид удивился.
— Вам делать нечего? Не сходите с ума!
— Пожалуйста, выполните нашу маленькую просьбу. Нам просто не удержать Лопо самим. Уж очень он грузен, — ответил Ивна.
Пилоты недоумевали. Хансен пояснил, что им требуется сделать…
— И очень прошу ничему не удивляться, — закончил разведчик. — Сохраняйте спокойствие, хладнокровие, что бы ни произошло. Начали!..
Лопо с натугой подняли над полом, Ивна опустился на одно колено, выхватил из-за спины кривой нож и с размаха, снизу вверх, всадил его в живот толстяку. Всё произошло быстро, никто не успел и глазом моргнуть. Жертва коварного нападения судорожно изогнулась и страшно захрипела. Хлынула дымящаяся кровь!
— Держать! Не отпускать! — зарычал Ивна, размахивая окровавленным ножом. — Держать, я сказал!
Хансен ничего не понимал. Происходящее походило на страшный сон, фарс или бездарную пьесу бульварного писаки, но никак не на реальность!
Несчастный несколько раз дёрнулся и безвольно повис на руках палачей. Ивна не теряя времени, сделал разрез от верхней челюсти до паха и принялся снимать кожу. № 5 вырвало, затем ему сделалось дурно, он повалился на пол, забился в конвульсиях и погрузился в него, словно в зыбучие пески.
Ивна оказался никудышным мясником. Дело продвигалось медленно. Пол пульсировал, поглощая требуху. Наконец были сделаны последние надрезы и тело, безобразное, с искромсанными мышцами, порванными сухожилиями упало и с хрустом исчезло. В руках заговорщиков осталась кожа с кусками жира и мяса.
— Мы что, принесли его в жертву, дабы умаслить корабль? — спросил № 2, содрогаясь от отвращения.
— Это, — потряс останками своего товарища Ивна, — ваш пропуск в соседние отсеки. Вы по очереди наденете кожу, и переборка не заподозрит подвоха.
— Ни за что на свете, — возмутился № 3. — Ну, у вас и шуточки! Из-за вашей кровожадности мы потеряли своего друга. А теперь вы хотите, чтобы мы приняли участие в этом кошмаре и потворствовали убийце. Странные вы создания! Один безропотно позволяет себя зарезать, а другой рад радёшенек утолить генетическую потребность в убийстве!
— Я никому не позволю говорить о нашем дорогом единомышленнике в подобном, крайне оскорбительном, тоне! — прорычал один из тех, кого привёл с собой Лопо. — Он пожертвовал своей драгоценной жизнью, чтобы вы имели возможность проходить сквозь стены. Я не уверен, способен ли кто-нибудь из вас на столь героический поступок. Поэтому либо вы делаете так, как вам говорят, либо умрите, если хватит духа! Только хочу предупредить раз и навсегда. Если я ещё хоть раз услышу что-нибудь отдалённо напоминающее насмешку, вы горько пожалеете. А теперь делайте своё дело и не хнычьте. Тоже мне — космические вояки…
Первым к столь необычному средству передвижения прибегнул Хансен. Он, внутренне содрогаясь от брезгливости, напялил дурно пахнущий плащ и шагнул к стене. Корабль признал в нём своего и пропустил. В тот же миг с Леонида сдёрнули страшное одеяние, и Ивна исчез за переборкой. Через пять минут все пилоты стояли рядом с разведчиком. Ивна благоговейно свернул в рулон останки Лопо, перехватил захватом и торжественно вручил № 1.
— Подожди секунду, — сказал № 2. — Куда делся наш член экипажа?
— Угодил на обед кораблю, — ответил Ивна. — Я сожалею. Ему ничем нельзя было помочь. Он упал, а это неминуемая смерть.
— Почему никого из нас не ввели в курс дела заранее? — возмутился № 4.
— Вы могли нас не понять, — последовал ответ. — На разъяснения и уговоры времени уже не оставалось. Нас собралось слишком много в одном месте. Должна была существовать веская причина, заставившая поступить экипаж столь странным образом. В ином случае корабль мог заподозрить неладное и устроить проверку. К чему она нам? Оставалось одно — благодарные и ничтожные создания решили выразить господину своё восхищение и угостить вкусненьким. Мы извлекли из ситуации максимальную пользу для всех. Корабль — самодовольный болван, получил подачку и утвердился в сознании своего величия, а мы обрели способность передвигаться в его глупых и прожорливых внутренностях, о чём он непременно пожалеет в ближайшее время.
