— Ты всё правильно говоришь, — не сдавался Ивна. — Я частично согласен с руководством, но не слишком ли вяло развиваются события? Умеренная решительность всегда шла на пользу. Да! В самом начале мы ничего не знали о биосистемах, но сегодня, когда точно установлено — на Земле нам ничего серьёзного не грозит, мы продолжаем робко топтаться на месте, ограничиваясь поставками на Луну материала для исследований.
— А ты чего хотел? — усмехнулся Вождь. — Чтобы на людей обрушилась толпа разномастных специалистов и принялась с остервенением ковыряться в населении. Ты что! Стремишься превратить планету в сплошной госпиталь? Дай время лопроидакам разобраться в хитросплетениях генных структур и пыльце лурри.
— Нам ничто не мешает заняться поисками безумного корнеплода, — подал голос Леонид. — Надо же с чего-то начинать! Пора несколько потеснить противника с занимаемых позиций.
— Задай этот вопрос Координатору, — буркнул Хамелеон. — Чего пристал к ребёнку?
— А что у нас творится на Земле? — поинтересовался Барбисоль.
— Бездна интересного, — горько усмехнулся Хансен. — Утопия! Мечта идиота! Все, подобно Вождю, жрут без передыху, плодятся и размножаются до изнеможения. Любят ближних, дальних и тех, кто посередине. Стремительно тупеют от сытости и страстно мечтают о ещё более благополучных временах. Мне больно опускаться на поверхность. До чего легко, оказалось, превратить людей в стадо жующих, испражняющихся, совокупляющихся и ничего не желающих знать кроме этого индивидуумов. У меня опускаются руки, и закипает кровь от бешенства!
— Не стоит торопить события. Исследования длятся совсем ничего, — мягко возразил Вождь. — Я более чем уверен — скоро всё изменится в лучшую сторону и вернётся на круги своя.
— Говорят, следы лурри обнаружили ещё на нескольких планетах, не считая уже отравленных? — спросил Ивна.
— Есть такое дело, — подтвердил Барбисоль. — На них наткнулись, руководствуясь ориентировками лопроидаков. И тут произошло неожиданное — лурри запаниковали! Ничем иным нельзя было объяснить их поведение. После серии конвульсивных движений, они выбросили стрелки, но пыльцу выработать не смогли. Так до сих пор и торчат с вениками на макушке, не способные более ни на что. Вывод: на противника необходимо осуществлять постоянное давление, тогда всё будет в порядке. На данный момент на всех планетах альянса ведутся интенсивные поиски корнеплода. Будем надеяться — безрезультатно…
— Лукмукто не появлялся? Куда он запропастился? У него странная манера исчезать в самый ответственный момент! — спросил Леонид.
— Не знаю, — Барбисоль недоумённо поменял форму. — Юю в курсе, но он ни за что не сознается. Я сдуру было сунулся к Супопиусу, так потом трижды пожалел. У него аж носки задымились от радости — схватил меня в охапку и потащил показывать диаграммы роста, кривые изменений и синусоиды колебаний. Я едва вырвался и опрометью мчался, подобно затравленному зайцу, тёмными переходами, хоть Супопиус и бежал тигриным скоком следом, истово размахивая графиками и последними статистическими данными относительно потребления туалетной бумаги за разные периоды существования Центра.
— Значит, загулял наш газ со звёздочками. Бродит где-то у чёрта на куличках. Всё неймётся ему, болезному, — хохотнул Хамелеон. — А вдруг мы его никогда больше не увидим? Вот будет горе…
— Да-а, в нашем ведомстве подобная ситуация — не редкость, — пояснил Барбисоль. — Хоть я и не могу представить себе, что способно убить Лукмукто.
— Тогда нам остаётся терпеливо ждать его возвращения. Появится — расскажет, куда забросила его судьба, и по какой надоб…
— Попрошу впредь не злоупотреблять прямой связью, — неожиданно вмешался в разговор разведчиков Координатор. Его возмущенное изображение возникло в левом верхнем углу объёмного экрана. — Настоятельно рекомендую не испытывать моё терпение. Оно не безгранично. Скоро вы встретитесь очно — тогда и наговоритесь до опупения. А пока освободите частоту…
«Шаутбенахт» находился на лунной базе. Всего двенадцать часов назад он доставил дополнительное оборудование. Друзья за последние пять дней совершили пять рейсов в систему лопроидаков. На планету их не пустили, ссылаясь на опасность внесения в атмосферу болезнетворных организмов. Погрузка происходила на орбите. И всякий раз, возвращаясь, «Шаутбенахт» проходил в непосредственной близости от безмолвных крейсеров. Друзья пробовали, ради любопытства, связаться с ними, но тщетно. Мрачные громадины игнорировали любые попытки потревожить их покой. Хансену временами казалось, будто экипажи покинули корабли, и те замкнулись в себе от горя, не обращая внимания на запросы посторонних. Охрана… Ну-ну, посмотрим…
