и ног. Никакой крови на полу. Да, конечности исчезли, зато появились их
бывшие владельцы.
Виктор стоял в окружении безголового Ромати, безруких Клязьминской с
Ркацетелли и безногих Шершавина с Мавсисяном. Отсутствовала только
одна жертва – Сисинович. Непонятно как в эту гоп-компанию затесались
Филкоров, Жеглов, Зотов и даже Император.
Они стояли, кто на двух ногах, кто на одной и раскачивались из стороны в
сторону. Потом начали издавать звуки, похожие на мычание. Амплитуда их
движений постепенно увеличивалась, громкость шума нарастала, как
ураган. Неожиданно в ангар ворвался душераздирающий скрип, словно кто-
то специально неумело водил смычком по струнам. И тут дьявольский
хоровод неожиданно запел:
Раз, два – НЕКТО придет за тобой!
Периферическим зрением Виктор уловил какое-то движение сверху и
задрал голову. С потолка к нему спускалась устрашающая фигура из
сшитых между собой отрубленных человеческих частей тела, от которых
тянулись плетеные веревки. Тех самых, что похитил неизвестный маньяк с
мест своих преступлений. Их хозяева зашипели и замерли. Устрашающая
марионетка опустилась перед следователем и под звуки скрипки начала свой
дьявольский танец, повинуясь невидимому кукловоду.
Воронцов не выдержал, выхватил «Маузер» и открыл огонь. Он выпустил
всю обойму. Два десятка пулевых отверстий покрыли мертвую плоть.
Неожиданно веревки лопнули, и адское создание рухнуло на пол. По ангару
разлетелся дикий хохот, сменившийся шепотом.
- Иди ко мне! Иди ко мне! Иди ко мне!
Виктор рванул вперед, подбежал к висящей на стене картине и стал
яростно бить кулаком черное полотно. Кожа на бальцах быстро облезла и на
костяшках проступила кровь. Капитан остановился, тяжело задышал и
крикнул:
- Кто ты?!
Внезапно темнота холста ожила и превратилась в зеркало. Отражение
ухмыльнулось и ответило:
- Мы с тобой одной крови, ты и я…
Внезапно в кармане джинс следователя зазвонил телефон.
.
День десятый: «Империя наносит ответный удар».
.
Квартира Воронцова.
09 часов 30 минут.
.
«Имперский марш» ворвался в замутненное спиртными парами сознание
Воронцова, как команда «Подъем!» в еще домашний мозг бритоголового
призывника, не прочитавшего присягу. Пытаясь снизить громкость, Виктор
накрылся подушкой и стал шарить рукой по кровати в поисках телефона, чей
сигнал стал подобен звону царь-колокола. Черепная коробка грозилась
расколоться на сотню частей. Не спасет и килограмм болеутоляющего.
- Алло, - прохрипел капитан, проведя языком по иссохшему небу.
- Воронцов, это Чердынцев, вечный дежурный. Ты на службу собираешься? –
выплюнула трубка.
- Что? А сколько время-то? – следователь скинул на пол ноги, не открывая
глаз.
- Все сознательные люди уже час как вкалывают. Один ты бездельничаешь. По
