Лили. Именно так её называли, хотя знали о этой чёртовой «Т» в конце имени. Так было спокойнее всем, даже состоящему из атеистов до мозга костей отяду УДАР. Одного её взгляда было достаточно, чтобы заставить здоровых мужиков замолчать. Всех, кроме командира. Может поэтому он ей нравился? Может быть она даже любила его? Чушь. Лилит любила только себя... Ведь так?
========== Часть 1 ==========
Все, кто достаточно долго знает Лилит Олсен, не могут вспомнить, всегда ли она была такой? Да, скорее всегда. По крайней мере, большую часть времени. Сильная, уверенная, эгоистичная, не стыдится крепкого словца и уж точно не краснеет от слова «член». Это как мужчина в женском теле. Хотя и женской хитрости ей не занимать. Она безусловно может играть в женственность, но нутро не обманешь, это лишь временный эффект.
Детство у неё было вполне обычное, не лучше, чем у других, но и не хуже. Страсть к адреналину глубоко внутри лет с 12. Когда девочки её возраста вздыхали о первой любви, Лил могла навалять любому, кто на неё не так посмотрел. Она, не задумываясь, могла прыгнуть с высокого моста в воду, даже не изучив дно. Просто так, на спор. Если какие-то шалости, то она в первом ряду. У неё было много друзей, но ни одной подруги. С девочками дружить скучно. В школе она училась прилежно, но вот поведение оставляло желать лучшего. Олсен могла выбрать среди тысячи дорог любую, но выбрала армию. И вот там почувствовала себя на своём месте.
Раскаленный песок, свист пуль, брызги крови, крик… И возможность показать свою силу. Возможность показать себе, что не всё потеряно, жизнь бьёт ключом. И может оборваться в любой момент. Уже там некоторые думали, что Лилит не умеет чувствовать. Ни страха, ни любви, ни жалости. Всё это делает человека слабым. А она избавила себя от слабости.
Она насмотрелась на слабость и боль в юности. Её мать умерла от довольно страшной болезни. Но перед этим Лилит ухаживала за ней, видела все эти боли, терпела крики и стоны, во время особенно болезненных приступов. Нельзя так говорить и даже думать, но… Большую часть её мыслей занимала одна фраза, мольба, просьба, называйте как хотите. Я просто хочу, чтобы она замолчала. Когда утром девушка обнаружила мёртвое тело, не было даже слез, была улыбка. Маме больше не больно.
Это событие имело большое влияние на становление характера и принятия дальнейших решений. Каждый плановый медосмотр окутан страхом. Возможно болезнь уже курсирует по крови, просто бессимптомно… Олсен напивается каждый раз, прежде чем открыть чёртов конверт с результатами. Пока, все эти годы, удача была и остаётся на её стороне.
Непростым, но обдуманым, было решение добровольной стерилизации. Даже если её эта хрень обойдёт, она может задеть следующие поколения. Так Лили стала последней в своём роду, никакого продолжения.
Олсен твердо решила жить для себя. Жить одним днём и забить хуй на правила приличия. Брать от жизни всё, что она готова дать и ещё чуть-чуть.
Отслужив чуть больше четырёх лет, ей сделали очень выгодное предложение. Переступая порог ЩИТА, она уже была с устоявшимся характером. И он ох как не прост. Тут обещали менее напряжную работу, с более высокой зп. По крайней мере, в Вашингтоне, терпимый график и нормальный климат. Командировки по всему миру вообще не напрягают, потому что ей незачем спешить домой. Там никогда никто не ждёт.
На распределении её не выдерживали командиры большинства отрядов. Она упрямо не собиралась вживаться в коллектив, который думал, что она слаба. Заканчивалось это разбитыми носами в раздевалке и рапортом. Так было раза 4, пока её не предложили отряду УДАР.
У них в распоряжении отдельный этаж в чертовски огромной базе. Спортивный зал с лучшим оборудованием. Своя раздевалка, своя душевая. Элита одним словом. Тот день, когда её представили команде, она запомнила на всю жизнь.
Тогда там пахло потом и кровью. Отовсюду слышались сальные шуточки и подначивания, приправленные отборнейшим матом. Лили вздохнула полной грудью и лишь дёрнула уголком губ, уже приняв решение задержаться. Оставалось лишь дождаться решения начальства.
Видимо о ней они были наслышаны, потому что хищно улыбались, глядя то на неё, то на командира. Рамлоу не спешил подходить и уделять ей хоть какое-то время, но пришлось. Агент, который её привёл, действовал на нервы своим нытьём.
— В моем отряде нет женщин, - первое, что сказал Брок, подходя ближе, смотря сверху вниз, насмешливо, надменно. С такими бойцами нужно сразу показать наличие яиц.
— Я думала вы один из немногих, кто умен, что набираете солдат не по половому признаку, командир, - так же небрежно ответила Лилит, не дожидаясь ответа агента, который её привёл. Брок усмехнулся и уже собирался вернуться к ребятам, но потом резко повернулся обратно, целясь точно в глазницу. Лилит не замешкалась, она всегда готова. Это инстинкты. Завязалась драка, причём ожесточенная. Отряд выстроился вокруг живым щитом. Нет, она не была сильнее его, ни в коем случае. Но и сдаваться не привыкла. Особенно поражала широкая кровавая улыбка, когда она пропустила удар и лопнула нижняя губа. Олсен не осталась в долгу. В удушающем приёме она повалила его на пол. Конечно он выбрался, но тут же остановил поединок и лёг рядом отдышаться.
— Сука ты, Олсен. Пездюль под глазом оставила. А у меня сегодня встреча. Жду завтра в 8 на стрельбище. Не опаздывай, мы баб не ждём.
