— Да, командир. Ещё. Ещё. Быстрее, сильнее. Не останавливайся! - она кричит утробно, выдавая удовольствие, не боясь, что кто-то услышит. Половина дома в её владениях, а вторая выставлена на продажу и покупатель пока не объявился.
С ним всё ощущается иначе, лучше, чем с мальчиками на одну ночь. А ещё не пугает разница в возрасте и неуставные отношения. Всё, что произойдет в этом доме, в нём и останется.
— Как давно в тебе не было ничего толще пальцев, детка?- неожиданно узнать вот так, что твой командир разговорчив даже в постели. Она ожидала шипения сквозь зубы и максимально тихих стонов.
— Почти четыре месяца. Времени не было.
— Тугая, как… Хорошо, блядь, - то, что происходит сейчас, в коридоре у двери, даже отдалённо не занятие любовью. Возможно даже слово секс слишком мягкое. Вторая рука чуть придушивает её, заставляет запрокинуть голову, прогнуться в пояснице сильнее. Угол меняется и стоны становятся громче.
— Я сейчас… Сейчас. Можно?- просьба из уст Олсен - это особый вид наслаждения. Она прекрасно знает об этом и чувствует, какой эффект производит.
— Да, - ускоряя глубокие толчки, Брок доводит её до первой разрядки и кончает сам, вцепившись зубами в трапецию, только после этого отпускает руки из капкана цепких пальцев. Снимает презерватив и завязывает на узел. Лилит быстро подтягивает брюки на свое место и влажно проводит языком по напряжённой шее, ощущая приятную соленость.
— Надеюсь ты многозарядный? Потому что мне определённо всё нравится.
Она манит его за собой по коридору, соблазнительно покачивая бёдрами. Уже в ванной Лилит играет в женщину, которой никогда не будет. Медленно снимает вещь за вещью с внушительного тела, доверчиво глядя в глаза. Такой Рамлоу не видел её никогда. И уж тем более он не мог представить, что Олсен будет стоять на коленях и покорно расшнуровывать его ботинки. Избавившись и от своей одежды, оба оказываются в душевой кабине. Даже тут она подчиняется. Намыливает его тело, разминает напряжённые мышцы, массирует кожу головы, заставляя его прикрыть веки. Мыльной мочалкой моет бедра, голени и даже ступни, перебирая каждый палец.
— Ты сосешь? - вполне логичный вопрос, учитывая, что её покорность заставила член подняться ещё во время раздевания.
— Не спрашивай. Приказывай, - оставаясь на коленях, отвечает она и поднимает на него свой горящий жадный взгляд.
— Рот открой, - она и сама бы это сделала, но пальцы сильно сжимаются на подбородке, заставляя. Лили выставляет язык и позволяет указательному и среднему скользнуть внутрь. Брок специально нажимает на корень, но не чувствует сопротивления, она лишь играет с ними языком. Охватывает губами, почти выпускает изо рта, но потом снова всасывает до костяшек. Его взгляд затуманивается ещё во время первого движения языка. Вытащив пальцы, он ведёт ими по губам и щекам, размазывая слюну.
— Можно уже попробовать что-то вкуснее пальцев? Руки убрать или ты любишь с ними?
— Редко встретишь такую безотказную любовницу, Лили. Я люблю когда по самые гланды.
Она лишь улыбается, приподнимаясь чуть выше. Проводит языком по выпуклым венкам, не отрывая взгляд. Играет с чувствительной головкой, с удовольствием отмечая лёгкую дрожь.
— Вкусно, командир.
— Ну так не трепись тогда, а займись делом, - он говорит так, будто они на очередной миссии, будто отдаёт приказ. Хотя сам пытается справиться с волнами удовольствия, которые заставляют ноги дрожать. Да уж, последствия долгого воздержания сводят его с ума.
— Есть, сэр, - Олсен довольно возвращается к своему занятию. Берет несколько раз на пробу, хороший объем, да и длина тоже. Восхитительный. Он входит до конца не без труда, но и без рвоты. Легче становится, когда крепкие руки опускаются на её затылок и берут ситуацию под контроль. Ритм неумолимо ускоряется, горло уже саднит, как и постоянно напряжённая открытая челюсть, но Лил не перечит. Вместо этого нежная ручка перекатывает яички, а другая гладит упругие ягодицы. Иногда он останавливается глубоко внутри и закрывает нос двумя пальцами. Ловит особенный кайф от того, как сжимается глотка в попытках поймать немного воздуха, как закатываются её глазки. Что поражает его больше всего, Олсен ни разу не оттолкнула. Она и так постоянно старалась быть сильной. А теперь, встретив того, кто сильнее, она отпускает себя и наслаждается собственной слабостью. Брок ощутимо сжимает волосы на затылке и оттягивает голову дальше, от головки до губ тянется ниточка слюны.
— Ещё. Пожалуйста, командир, - хрипло просит она, глядя в глаза и облизывая припухшие губы.
— Учти, что тогда следующий раунд придётся чуть-чуть подождать. Мне уже не 17, - в другой ситуации, он никогда бы не делал акцент на возрасте, но Рамлоу не хочет облажаться.
