Алексу показалось, что его за одну ночь из одной страны перенесли в совершенно другую. Внешне похожую, на ту в которой он жил до этого. Но совершенно иную по внутреннему содержанию. Как происходящее с ним в эти дни возможно? Что случилось с той страной, в которой он родился, вырос, учился? В которой жил совсем недавно. Алекс интересовался политикой поскольку-поскольку, от случая к случаю. Слыхал обрывки разговоров, об изменениях в стране, о том, что в стране происходит (по мнению говоривших) не совсем правильное. Постепенно говоривших стало меньше, некоторые пропадали из поля зрения Алекса, а заменившие этих… с разговорами в круге его общения и контактов, уже ни о чем таком не говорили. Алекс над этим особенно не задумывался. «Если ты не занимаешься политикой – политика займется тобой» – вспомнил Алекс известную фразу. Человек, от которого он ее впервые услыхал, многое говорил Алексу, а затем просто перестал попадаться на глаза. Куда он исчез?
– Я вижу, что вы снова думаете! – С укором произнес прокурор. Мысли Алекса прервались. – Откуда у вас такая антигосударственная привычка?
Алексу не понравилось, что этим странным молодым прокурором были прерваны его размышления. Зло взглянул на собеседника.
– С каких пор в нашей стране запрещено думать?
– Официально думать не запрещено. Но и не рекомендуется… Если уж хочется подумать, специально для таких недавно подготовлена инструкция, о чем можно думать. Verba cum effectu sunt accipienda – Слова следует воспринимать по результату. Замечательная латинская мудрость. В вашем случае «слово» можно заменить на «мысль». Вы посмели подумать, за это имеете результат, который имеете.
– Какой бред! – Изумился Алекс. Он не мог поверить, что молодой прокурор не шутит. Если нет, то как он отстал от жизни в стране, от происходящего в ней! – О чем же можно думать?
– О Родине можно думать, к примеру. Если эти мысли позитивны, разумеется. О великолепии нашего Самого, о его гениальности и его ежедневной заботе о народе. Собственно, это и все. Нас окружают враги. Нас ненавидят. Нельзя сейчас допускать своеволие. Никак нельзя. Мыслить – значит помогать врагам нашей любимой Родины. Соответственно предать ее.
– Это ужасно! – Изумился Алекс.
– Что ужасно? Наконец правительство взялось за порядок в наших головах! В некоторых странах еще жестче порядки. И никто там ужасным подобное не воспринимает. Это мы либеральничаем. Суды, адвокаты. Глупости, пережитки дерьмократии. Человечеству достаточно иметь только прокуроров. Сразу к стенке, зачем эти сложности?
Прокурор вынул из портфеля лист бумаги, ручку. Пододвинул к Алексу.
– Подпишите внизу. Мы и так слишком много общаемся, а враги тем временем думают и замышляют против нас козни. Замышляют и думают.
Слово «думают» прокурор произнес с заметным усилением.
Алекс вчитался в текст перед ним.
«
Алекс ущипнул себя. Слова собеседника, этот документ были невероятны, невозможны, противоречили логике и здравому смыслу. Боль от щипка была настоящей – происходящее не было сном.
– Я не буду подписывать.
– Вы пособник врагов! Мерзавец! Предатель Родины! – Вскипел прокурор. – Я все равно добьюсь для вас смертного приговора. Но тогда вы умрете не как порядочный человек, а как… как… как непорядочный!
Прокурор в усиление своих слов потряс в воздухе указательным пальцем.
– Я не желаю с вами больше общаться. – Алекс был в гневе. – Вы мне противны! Омерзительны!
Глаза у прокурора стали круглыми от удивления, указательный палец, которым он угрожающе тряс в воздухе, так и застыл, показывая в потолок.
– Я давал вам шанс. – Прошипел он. – Я был с вами любезен и терпелив. Но вы мне ответили черной неблагодарностью. Возмутительно! Просто возмутительно! Верните сигареты и зажигалку!
– Подавитесь ими. Достаньте сами из кармана. Я брезгую получать от вас хоть что-либо! Вы карьерист и моральное ничтожество!
