В то время NIH был довольно незначительным агентством. Оно развилось из Гигиенической лаборатории, скудно финансируемого учреждения, не имевшего опыта координации национальной исследовательской нды.61 Но ситуация быстро изменилась. Медицинские школы, стремясь воспользоваться новым источником финансирования, завалили NIH новыми предложениями. В период с 1945 по 1960 год бюджет NIH быстро рос, поскольку в него добавилось несколько специализированных институтов, таких как Национальный институт сердца в 1948 году и Национальный институт психического здоровья в 1949 году. К середине 1950-х годов NIH стал крупнейшей в мире организацией, занимающейся биомедицинскими исследованиями. За последние семьдесят лет его бюджет увеличился в 1000 раз .(62)
Сегодня NIH, а также NSF незаменимы. Если эти учреждения никогда не были созданы или расширены, жизнь миллионов и даже миллиардов людей по всему миру была бы короче, чем сегодня, а люди болели бы чаще. Если бы они исчезли завтра, мир сразу же стал бы хуже.63
Но именно потому, что NIH по значимости стоит выше всех бионаучных учреждений, мы должны внимательно изучить то, как он формирует научную практику в Америке и во всем мире.
Существует несколько популярных жалоб на то, как развивался NIH в течение последних нескольких десятилетий. Первая проблема, возникшая с появлением NIH
В этой статье мы повторяем критику, содержащуюся в главах о жилье, энергии и трудностях строительства в Америке: правил стало больше, а эффективность снизилась. Сразу после Второй мировой войны руководители NIH предвидели, что растущая волна бюрократии может утопить научную работу. В 1946 году Кассиус Ван Слайк, который вскоре станет заместителем директора NIH ,(64) предупреждал в журнале Science, что не хочет, чтобы работа по написанию исследовательских грантов затмила работу, с реальным занятием наукой. "Не желательно, чтобы подготовка этих репо ртов представляла собой долгое и утомительное бремя",65 писал он. Десять лет спустя Джеймс Шеннон (66), который в то время уже год как стал директором NIH, написал в соавторстве статью в журнале Science с еще одним зловещим предупреждением для своей области:
Подход, основанный на исследовательских проектах, может быть пагубным, если он управляется таким образом, чтобы производить определенные конкретные конечные продукты, или если он обеспечивает короткие периоды поддержки, не гарантируя непрерывности, или если он оказывает явное или косвенное давление на исследователя, чтобы сместить его интересы на узко определенную работу, установленную источником денег, или если он навязывает финансовый и научный учет в необоснованных деталях.67
Если мы живем в мире, который построил Буш, то мы также живем в мире, которого боялся Шеннон. По мере того как финансирование науки становилось все более укорененным в федеральном правительстве, политики делали то, что у них получается лучше всего. Они создали бумажную работу. В начале 1960-х годов конгрессмен Лоуренс Фаунтин, демократ из Северной Каролины, опубликовал два отчета, в которых жаловался на то, что NIH плохо отчитывается за деньги, которые он направляет ученым. Он убедил Конгресс предпринять необычный шаг - сократить финансирование агентства.68 Десятилетие спустя сенатор Уильям Проксмайр, демократ из Висконсина, учредил премию "Золотое руно", чтобы привлечь внимание к наихудшему использованию государственных денег в науке. Первые две премии "Золотое руно" были присуждены исследованиям о человеческой привлекательности и о том, почему млекопитающие сжимают челюсти при стрессе. Проксмайр призвал государственное финансирование науки "выйти из любовного рэкета" и заявил, что эти проекты "сделали из американского налогоплательщика обезьяну"69.
В NIH получили сообщение. Требования к оформлению документов резко возросли. "Внезапно, - писал в то один из администраторов NIH, - целая серия "ты шалты" и "не шалты" были".70 В одной из редакционных статей журнала Science 1960-х годов под заголовком: "Больше бумажной работы, меньше исследований" - жаловалась, что превращение ученых в клерков "обойдется нации в миллионы долларов за потерю времени, потраченного на исследования" 71 Это напоминало о том, как в "голубых" штатах создается столько правил вокруг выдачи разрешений и экологических норм, что становится невозможно строить необходимое жилье и энергию. Стремление сделать науку демократически ответственной привело к засорению научного процесса.