Аччелерандо полностью

– Мы не можем интегрировать эту сеть, – мягко отвечает Эмбер, и Пьер заставляет себя сохранять невозмутимое выражение лица. (Вряд ли лангусты уже наловчились читать язык человеческого тела, но они, несомненно, будут как-то документировать все, что происходит здесь, для дальнейшего анализа.) – Она происходит от совершенно другого вида. Цель нашего визита сюда состоит в том, чтобы соединить наш вид с сетью. Мы хотим обмениваться полезной информацией со многими другими видами.

Лангусты сразу заволновались.

– Вы не можете это сделать! Вы же не обозначение непереводимого понятия!

Эмбер удивленно воздевает руку.

– Вы сказали «обозначение непереводимого понятия»? Не уверена, что поняла вас, – можно перефразировать?

– Мы, как и вы, – не обозначение непереводимого понятия. Сеть предназначена для обозначения непереводимого понятия. Мы в сравнении с непереводимым представлением 1 – как одноклеточный организм по сравнению с нами. Мы, вы: не умеем в непереводимое представление 2. Попытка произвести торговлю с обозначением непереводимого понятия равнозначно смерти либо превращению в непереводимое представление 1!

Эмбер щелкает пальцами, и время останавливает свой ход. Она смотрит на Сю Ань, Пьера и остальных приближенных.

– Как это понимать?

ИИНеко, до сей поры невидимая, проявляется на ковровой дорожке у трона.

– В точности – никак. У них швах с семантикой, поэтому макросы так обозначились.

– С семантикой? В смысле? – спрашивает Сю Ань.

Кошка широко, по-чеширски, ухмыляется, и ее образ начинает таять.

– Погоди! – вскрикивает Эмбер.

Неко исчезает, не обращая на нее внимания, но после себя оставляет некий нечеткий след. Этот след – карта нагрузки на лингвистическую нейросеть, трехмерная и запутанная.

– Непереводимое представление 1 при проекции в грамматическую сеть лангустов – это что-то вроде понятия Бога, перегруженное атрибутами мистицизма и дзен-образной непостижимости, – несется из пустоты кошачий голос. – Но, если хотите знать мое мнение, думаю, имеется в виду оптимизированная выгрузка, обладающая самосознанием, которая функционирует гораздо быстрее, чем в мерах реального времени. Ее вунши принимают за божество и нам то же самое навязывают. Есть желающие подчиниться?

– Вот ведь жулье! – негодующе бормочет Эмбер. – Громкими метаграмматическими словесами прикрываются, думая, что на нас, новичков в этом районе, это подействует – и мы купимся.

– Скорее всего. – ИИНеко отворачивается и начинает вылизывать бок.

– Что же нам теперь делать? – спрашивает Сю Ань.

– Что делать? – Эмбер изгибает подведенную карандашом бровь и улыбается, мигом снимая со своего образа лет десять. – Пудрить им мозги! – Она щелкает пальцами снова, и время возобновляет ход. Не заметно никаких нарушений целостности ситуации – разве что ИИНеко все еще торчит у подножия трона. Зверюга поднимает голову и бросает на королеву злобный взгляд.

– Мы понимаем ваше беспокойство, – спокойно говорит Эмбер, – но мы же снабдили вас физиологическими моделями и нейронной архитектурой тел, которые вы носите! Мы хотим общаться. Почему бы вам не показать свое настоящее «я» или свой реальный язык?

– Это торговый язык! – протестует лангуст номер один. – Вунши есть метаболически изменчивая коалиция из большого числа миров. Единообразный интерфейс отсутствует. Проще соответствовать одному плану и говорить на одном языке, что оптимизирован для вашего понимания!

– Так-так. – Эмбер подается вперед. – Давайте посмотрим, правильно ли я поняла вас – вы коалиция особей нескольких видов, предпочитаете использовать обобщенную модель пользовательского интерфейса, которую мы вам прислали, предлагаете нам модуль языка, который в ходу у вас? И вы хотите наладить с нами торговые отношения?

– Обмен интересами! – подчеркивает вунш, все приседая на своих костистых лапах. – Мы можем дать вам многое! Чувство идентичности с тысячью цивилизаций! Безопасные проходы к сотням сетевых архивов, приспособленных для тех, кто не является обозначением непереводимого понятия! Практичное управление всеми рисками коммуникации! Техники манипулирования материей на молекулярном уровне! Решение алгоритмических итерационных систем, основанных на квантовой запутанности!

[Мечут перед нами старомодные нанотехнологии и яркие стекляшки], говорит Пьер в переговорный канал. [Насколько отсталыми они нас возомнили?]