Бах не успела пройти по коридору и пятидесяти метров, как возобновились схватки.
Она не знала, где находится, но точно не там, где погибла Эльфреда Тонг. Это старая часть города, где много промышленных предприятий, наверное, у самой поверхности планеты. Бах пробовала открыть все двери в надежде попасть в общественный коридор, чтобы позвонить. Но открытые двери вели в какие‑то кладовые, а двери офисов, видимо, были закрыты на ночь.
Наконец одна из дверей поддалась. Бах заглянула внутрь кабинета. С другой стороны выхода не оказалось. Она уже собиралась вернуться в коридор, когда заметила телефон.
Мышцы живота вновь сжались. Бах быстро ввела пароль "ЗВОНАРЬ XXX". Экран ожил, и она нажала кнопку, чтобы приглушить яркость.
‑ Назовите себя, пожалуйста.
‑ Я лейтенант Бах, я попала в беду, дело чрезвычайной важности. Мне нужно, чтобы вы определили, откуда я звоню, и тут же прислали мне подмогу.
‑ Анна, ты где?
‑ Лиза? ‑ Она не могла поверить, что попала на Бэбкок.
‑ Да. Я в штабе. Мы надеялись, что ты найдешь способ связаться с нами. Куда нам ехать?
‑ В том‑то и дело, что я не знаю. Меня одурманили вспышкой, поэтому я ничего не помню. А потом…
‑ Да, это мы знаем. Слушай. Мы подождали тебя несколько минут, потом проверили туалеты, но тебя там не было. И мы арестовали всех в кафе. В том числе и Джонса с пианисткой.
‑ Тогда пусть она расскажет вам, где меня искать.
‑ Боюсь, она нам уже ничего не расскажет. Умерла при допросе. Но, мне кажется, она и не знала. Тот, на кого она работала, ведет себя крайне осторожно. Мы внутривенно ввели ей пентотал, и ее голову тут же разнесло по всему кабинету. Она, конечно, была наркоманкой. С мужчиной мы работаем аккуратнее, но ему известно и того меньше.
‑ Замечательно.
‑ Но тебе надо уходить оттуда, лейтенант. Ужас. Ты правда… попала в дурную историю. ‑ Бэбкок какое‑то время не могла ничего сказать, а когда заговорила, голос ее дрожал: ‑ Анна, они занимаются незаконной торговлей мяса. Боже мой, теперь и на Луне тоже.
Бах нахмурилась.
‑ Ты это о чем?
‑ Они поставляют мясо тем, кто не может без него обходиться. Мясоедам. Мясным наркоманам. Людям, которые считают, что не могут жить без мяса, и готовы платить за него любые деньги.
‑ Не хочешь ли ты сказать, что…
‑ Да, черт побери! ‑ Бэбкок взорвалась. ‑ Смотри. На Земле еще остались места, где разводят домашний скот, ‑ соблюдая, конечно, определенные меры предосторожности. Но здесь у нас так мало места, что такое просто невозможно. Стоит кому‑то завести скотину, и либо люди заметят запах, либо мониторы отследят в канализационных стоках животные отходы. Здесь разводить скотину нельзя.
‑ И…
‑ Какое же другое мясо можно найти? ‑ безжалостно продолжала Бэбкок. ‑ Нас окружают тонны мяса, и все оно живое. Не надо никого растить, ухаживать, не надо сдирать шкуры. Просто снимаешь урожай, когда появляется заказчик, вот и все.
‑ Каннибализм? ‑ слабым голосом спросила Бах.
‑ А почему бы и нет? Мясо всегда остается мясом, тем более для мясоедов. На Земле тоже продают человечину, она даже прилично дорого стоит, потому что, говорят, по вкусу напоминает… Боже, мне скоро станет плохо.
‑ И мне тоже. ‑ Бах почувствовала, как опять свело живот. ‑ А меня вы запеленговали?
‑ Пробуем. Там какие‑то сложности, помехи.
Бах похолодела. Этого она даже и предположить не могла. Но что ей оставалось делать? Только ждать. Конечно, компьютеры все вычислят, надо только подождать.
‑ Лиза. Но младенцы? Они ведь берут младенцев.
Бэбкок вздохнула:
‑ Этого мне тоже не понять. Случится увидеть Звонаря, спроси его обязательно. Нам известно, что они сбывают и взрослых людей. Хотя вряд ли тебе от этого станет легче.
‑ Лиза, у меня начались схватки.
‑ О боже.
В течение следующей четверти часа Бах несколько раз слышала топот бегущих ног. Один раз кто‑то распахнул дверь, просунул голову в кабинет, но не заметил ее ‑ она скорчилась под столом, прикрывая одной рукой красную лампочку включенного телефонного аппарата, а второй сжимая цепную пилу. Пила была хорошо наточена, и Бах смогла перепилить наручники ‑ на это ушло несколько секунд.
Бэбкок выходила на связь через небольшие промежутки времени.
‑ Мы проверяем все закрытые территории.
Бах поняла, что телефон, которым она воспользовалась, снабжен системой антиотслеживания. Сейчас Звонарь и Бэбкок со своими компьютерами пытаются обойти друг друга, а у нее через каждые пять минут повторяются родовые схватки.
‑ Беги! ‑ закричала Бэбкок. ‑ Убирайся оттуда, и поживее!
Бах пыталась справиться с накатившей волной схваток и делала все как в тумане. Ей хотелось наконец‑то расслабиться и спокойно родить ребенка. Неужели так и не удастся этого сделать?
‑ Что? Что случилось?
‑ Кто‑то тебя вычислил. Теперь они знают, где ты, так что могут накрыть тебя в любую секунду. Быстро уходи!
Бах встала на ноги и посмотрела на дверь. Никого. Никакого шума, никакого движения. Куда? Направо? Налево?
Наверное, не важно. Она согнулась, придерживая рукой живот, и пошла по коридору.
Наконец что‑то новенькое.
