Но при встрече Лафает и виду не подавал что когда-то считал себя кровным врагом королевы. Он оказывал молодой женщине и ее приближенным все возможные знаки внимания и почтения, положенные вдове короля и матери короля. Сначала Адель ломала голову по поводу этих перемен, но заметив стоящего на лестнице маленького мальчика, опасливо заглядывающего в тронный зал, забыла обо всем. Почти четыре года она не видела сына. Да и раньше, что греха таить она не слишком много уделяла внимание ребенку. Но сейчас при взгляде на этого худого, не по годам высокого мальчика, ее сердце пропустило удар. Заметив взгляд матери, Хельдерик расправил плечи и поднял вверх свой маленький подбородок. Видимо так по его представлению должен был выглядеть король. Неровными шагами он спустился с лестницы и поклонился в знак своего почтения вдовствующей королеве. Но Аделаиде не было дела до строгости этикета. Подбежав к сыну она встала перед ним на колени и порывисто его обняла. Несколько мгновений она чувствовала как сопротивляется в ее руках маленькая фигурка, видимо ребенок не часто сталкивался в своей жизни с подобным проявлением чувств. Но потом маленькие ручки потянулись вверх, к плечам матери и мальчик со всей силы сам прижался к ней. В последующие недели мать и сын заново узнавали друг друга. Хельдерик оказался смышленым любознательным мальчиком, но очень сдержанным, зажатым. И только в покоях матери он стал учиться проявлять свои чувства. В этом не было ничего удивительного. После смерти отца и отъезда матери малыш несколько лет был представлен самому себе. Конечно его учили, с королем занимались лучшие умы своего времени, но что эти пожилые святилы науки могли дать маленькому ребенку кроме сухих, зазубренных знаний? Большую часть дня Аделаида проводила с сыном, наверстывая упущенное. Они занимались в классной комнате, в той самой, в которой когда-то король Вильям рассказывал юной жене об истории, обычаях, нравах своей страны. Вот и Адель усаживаясь в высокое кресло проводила с сыном похожие уроки. К этим занятиям Хельдерик проявлял столько живого, искреннего интереса, что сердце молодой женщины сжималось от нежности. Ежедневно, если позволяла погода королева совершала многочасовые прогулки по саду, под руку с сыном и в сопровождении дам своей свиты. В такие моменты все внимание ребенка сосредотачивала на себе баронесса. Эта пожилая дама была не иссекаемым источником сведений о природе, о животных, о птицах.
– Мой отец был заядлым охотником и многому меня научил, – призналась она, – но я всегда предпочитала наблюдать за животными, а не убивать их.
