Арс отстранился, наше дыхание стало прерывисто-синхронным, соприкоснувшись лбами, мы не отводили взгляд друг от друга. Казалось, мои губы всё ещё тянутся к нему, как и моё тело, которое не может насытиться этим манящим ощущением близости, единства.
— Адель, спрошу тебя один раз: ты согласна? — в голосе Арса столько тепла, что я почти утонула в этом нежном, заботливом тембре. — Если не уйдешь от меня сейчас, я потом тебя никуда и ни к кому не отпущу. Поэтому подумай хорошенько.
Я медленно кивнула.
Не нужно было слов.
Боясь лишиться этого момента, я уже осознала ответ.
Влечение было таким сильным и на уровне души, и на уровне тела, что, кажется, моё сердце теперь полностью принадлежало ему.
Проснулась рано утром. Было тихо и безмятежно.
Арс всё ещё спал. А я просто лежала рядом, прислушиваясь к звукам просыпающегося города за окном.
Внутри меня не покидало странное ощущение тревожного ожидания. Всё же вроде хорошо. Паранойя? Или реальное предчувствие надвигающейся катастрофы? Хм, как знать…
Делать мне сегодня в офисе было нечего. Текущие задачи можно выполнить на удалёнке, собеседования с сотрудниками в свой отдел в любом случае буду проводить не ранее следующей недели.
Арс вскоре встал, собрался и уехал на работу. Сразу предупредил, что будет на важной, чуть ли не судьбоносной встрече, попросил не обижаться, если я в течение дня позвоню, а он не сможет сразу ответить. Улыбаюсь, потому что даже в мелочах он такой заботливый!
Его привычный образ — костюм в деловом стиле, уверенное амплуа и… мимолётный, но ласковый поцелуй на прощание. Это впервые, но ощущение, будто это наш приятный каждодневный ритуал.
Заварила себе крепкий кофе, лениво потянулась, пытаясь окончательно проснуться. В голове крутятся планы и задачи на день, но я никак не могу сосредоточиться.
Один-единственный вопрос по-прежнему беспокоит: почему не получается избавиться от дурного предчувствия, будто сегодняшний день принесёт мне что-то необычное?..
Когда телефон зазвонил, я не сразу ответила. Настойчивый звук разрезал пространство, но я была слишком погружена в свои мысли… Продумывала потенциальные сценарии развития нашего отдела на ближайший год и унеслась… слишком далеко отсюда. И только когда звонок повторился, мой взгляд всё же перешёл на дисплей.
Имя звонившего шокировало настолько, что я на считанные секунды аж замерла на месте.
Правда, потом опомнилась. И дрожащими пальцами нажала на кнопку принятия звонка.
— Алло?
Тишина. Затем сдавленный вздох. Голос, который я не слышала уже давно, прорвался в моё сознание, как раскалённый нож, разрезая все стены, которые я так старательно выстраивала вокруг себя.
— Ты… Ты должна приехать. Я не справлюсь без тебя.
Слова рвались из него судорожно, хрипло, как если бы воздух был для мужчины роскошью. Я слышала, как он всхлипывает, как срывается его голос, полный отчаяния.
— Я не могу… Не могу без тебя, слышишь?! Все бросили меня. Но ты… Ты же не такая? Адель! Ты не оставишь меня умирать?!
Чувствую, как кровь буквально отхлынула от моего лица.
— Где ты?
— Адель, я умру без тебя!
— Где ты, чёрт побери?!
— В б… В больнице.
— Дай трубку врачу.
— Нет! Нет, б****! Ты мне нужна! Только ты! Если ты не приедешь, я…
Отчётливо слышимый глухой удар… Будто телефон выпал у мужчины из рук. Затем непонятный шум, звуки борьбы, какие-то помехи на линии… И в динамике раздаётся уже другой голос — сбивчивый, плачущий, наполненный страхом.
— Аделечка, доченька моя… Прости, что я так, но… Пожалуйста… Пожалуйста, приезжай. Я не знаю, что делать… Я не справляюсь.
Закрыла глаза, чувствуя, как моё сердце готово уже пробить грудную клетку.
— Серьёзный диагноз?
— Да.
— К чему… К чему готовиться? Какие прогнозы?
— Сын… Сыночка… Адель, его забрали! Говорят, наркотическое опьянение.
— Что?!
— Ты не думай! Он же никогда! Не употреблял, не кололся! Доченька, ты же сама знаешь!
— Степанида Михайловна, — без сожалений перебиваю её сумбурную тарабарщину. — Вы прекрасно знаете, что мы уже несколько лет не общаемся! Откуда я могу знать, что он не?..
— Сыночек просто связался с плохой компанией! Аделечка, поверь мне! Он бы сам никогда! Я бы не стала просить тебя просто так! Доченька, услышь меня! Всё очень серьезно! Нам нужна твоя помощь! Прошу тебя, приезжай!
— Где он?
— Больница ХХХ, я тебе подробности смс-кой уже отправила, посмотри…
— У меня рабочий день, я, наверное, не смогу сегодня приехать…
— Доченька! Девочка моя милая! Приезжай, Христом Богом прошу! Рома… Ромочка… Он не в порядке.
Я молчала. Не знала, что в таких случаях принято говорить.
— Ты ведь придёшь? — голос Степаниды Михайловны дрожал, она непривычно заикалась и судорожно хватала воздух.
Ещё вчера наивно думала, что у меня уже атрофировались любые добрые чувства к этой семье. Я же столько страдала, столько боли и унижений вытерпела, что, казалось бы, подыхать будет — ничто во мне не дрогнет.
Но как так?
Стоило ему позвонить и…
Что со мной творится сейчас?