Ромкина мать посмотрела на меня с надеждой, не сразу поняв смысл этих слов.
— Я помогу устроить его в хороший реабилитационный центр, где Ромка действительно получит помощь. Помнится, у моего папы были связи, я попрошу, чтобы он договорился о месте для него. Но вы сами понимаете, от вашего сына нужно согласие. И желание исцелиться.
— Но… Адель. Ромочке нужен самый лучший рехаб. Понимаешь?
— Что вы имеете в виду? Говорите, пожалуйста, прямо, у меня нет времени разгадывать шарады.
— Адель, доченька, у нас с деньгами совсем туго. Я его лечение оплатить не смогу. Может, ты…
Раздражённо выдыхаю. Ей палец дашь — руку откусит по самый локоть.
— Ладно, Степанида Михайловна, — на секунды опустила взгляд, не в силах смотреть в эти оленьи глаза. — Не переживайте. Я договорюсь с папой. И мы всё сами оплатим.
— Если ты сможешь… Господи, спасибо… — женщина прикрыла рот рукой, явно пытаясь сдержать эмоции, а затем кивнула. — Адель, а может, ты тогда и сопровождать мне Ромочку поможешь? Ну сама подумай, он же без тебя никак…
— Степанида Михайловна! Имейте совесть!
— Доченька! Послушай!..
— Это всё, что я могу для вас сделать, — жёстко обрубила её словесный понос назойливых просьб и увещеваний.
Да, я не святая невинность, поняла уже, что Ромка обосрался по всем фронтам и пытается теперь восстановить свою жизнь за мой счёт. Да, я осознаю, что он, скорее всего, не столько зациклен на лечении, сколько на моём возвращении ради собственного комфорта.
И да, несмотря на все его сокровенные взгляды и уверения, что я одна-единственная на белом свете, кто ему по-настоящему нужен, хочется заорать во весь голос: "Не верю!"
Этот мужчина бессовестно предал меня один раз, предаст и другой. Минутная слабость? Она пройдёт. А вот девушки на стороне, пагубные зависимости, желание нажиться и быстро разбогатеть… Никогда не знаешь, когда человека вновь перещёлкнет на эту программу.
И я не говорю, что всех условных предателей надо грести под одну гребёнку. Нет. Я верю, что люди ошибаются, люди исправляются. И вчерашний подлец способен в какой-то момент измениться и стать самой верной и преданной половинкой твоего сердца.
Но! Каждый случай индивидуален. И Ромка кредит моего доверия уже исчерпал. Нет его больше. Пусто! Я не хочу жить с ним как на пороховой бочке.
Да и к тому же в моё сердце уже бахнула стрела любви. Впервые за все эти годы я смогла довериться другому мужчине и почувствовать себя хорошо. Во всех смыслах. Безумно дорожу этим светлым чувством и не хочу его терять.
Так что сорри, Ромочка, но ты опоздал.
И нет, я не упиваюсь его болью, не желаю ему зла. В этом смысле я переболела и, кажется, его уже давно отпустила… Только лишь надеюсь, что в рехабе парню не позволят утонуть в деструктивной боли, вытянут из зависимости.
Единственное, что я могу сделать, — позвонить папе и дать Ромке шанс на лечение. А дальше… Дальше выбор уже за пациентом.
Арсений помчался в больницу, как только освободился с деловой встречи.
Он вышел из здания, едва дослушав последние слова партнёров, и, даже не позаботившись об элементарной вежливости, быстрым шагом направился к машине. Держал телефон в руке, перечитывая сообщение от любимой девушки снова и снова, словно надеясь найти в нём хоть малейшую зацепку, чудесным образом увериться, что всё не так серьёзно.
Но он знал. Чувствовал.
Руки сжимали руль сильнее, чем требовалось, а сердце стучало с болезненной частотой. Арсений доверял Адель. Но не доверял этому Роману. Человеку, который однажды уже причинил ей боль. Мужчине, который был частью прошлого, а теперь нежданно-негаданно снова нарисовался рядом.
Арс подавил раздражённый спич. Не время для эмоций.
Парковка. Вход в больницу. Его шаги звучали гулко в коридорах. Он шёл быстро, почти не разбирая пути, словно инстинктивно знал, куда идти.
И вот она.
Адель.
Сидит на жёстком пластиковом кресле, опустив голову, пальцы сцеплены в замок. Вокруг всё та же стерильная, гнетущая атмосфера больницы.
— Ты в порядке? — голос мужчины прозвучал серьёзнее, чем он сам того ожидал.
Девушка приподняла голову, и в её глазах промелькнуло удивление.
— Арс… Ты правда здесь?
— Конечно, я здесь, — он опустился перед ней на корточки, утешающе заглядывая в любимые глаза. — Ты же должна понимать, что, когда ты так пишешь, я не могу просто сидеть и ждать.
Адель отвела взгляд, провела ладонями по коленям.
— Всё нормально. Правда. Я просто…
— Где он? — Арсений перебил её, его губы сжались в тонкую линию.
Адель медлила.
— В реанимации.
Арс прерывисто выдохнул, стараясь сдерживать ту волну злости, что поднималась внутри. Злости не на неё, а на ситуацию в целом. На этого подлого человека, который снова ворвался в их жизнь, заставив девушку волноваться, сомневаться, приходить сюда — в эту чёртову больницу.
— Мне не нравится это, — наконец произнёс мужчина тихо, но уверенно. Видя удивлённо-вопрошающий взгляд, пояснил: — Мне не нравится, что этот Рома снова втягивает тебя в свой хаос.
Адель молчала. А Арс видел, как внутри девушки борются чувства, как она пытается что-то сказать, однако не находит нужных слов.