Мирлан окинул ее холодным взглядом и произнес:
— Боюсь, вы можете быть предвзяты.
— Возможно, сначала Эль стоит высказать свой вердикт, — в тон ему возразил генерал.
Ректор выразительно прокашлялся и постановил:
— Разрешаю. Пожалуйста, госпожа Эльзада.
Я сжалась в кресле, прислушиваясь к себе. Мирлан сидел на другом конце зала, но я все равно боялась, что брачная метка откликнется на его присутствие. Госпожа Эль подошла ко мне и улыбнулась. Я выдавила ответную улыбку и позволила ей коснуться моего лба. На миг ее глаза изумленно распахнулись. Но она быстро справилась с собой. Выпрямившись, госпожа Эль сначала покосилась на брата. После короткого обмена взглядами, она невозмутимо сообщила:
— Лечение дало очень хорошие плоды. Сейчас с драконица спит и набирается сил, но она в порядке. Паола не потеряла магию. Нужно только терпение, чтобы она смогла вернуться к практическим занятиям.
Брови Мирлана дрогнули. Не ждал, что Эльзада скажет правду?
Декан Усин, которая листала бумаги, покачала головой:
— Девочка прошла по краю… Для нестабильной огненной магии этот удар мог стать роковым.
Кайс вскинул голову и процедил:
— Это случайность. И если бы она не попыталась взлететь, то потеряла бы сознание и все.
— Потерять сознание она могла вместе с магией, — напомнила Эльзада, устраиваясь на стуле рядом с Калантаром.
— И это не первый случай, когда рядом с юным господином Хайлуном страдают другие адепты, — многозначительно произнес Рилун.
Дэмин подался вперед, и я ткнула его в бок. А ректор:
— Леди Сартори, версии адептов Канга и Хайлуна я уже слышал. Теперь хотелось бы услышать вашу. Что произошло в тот день у обелиска?
Взгляд герцога Хайлуна был таким холодным, словно он надеялся, что мои губы примерзнуть друг другу. Но я усилием воли разлепила их и твердо произнесла:
— Сначала мне показалось, что Кайс хочет ударить по ловушке, которую я уничтожила. Но заклинание развернулось и полетело в мою сторону. Оно развернулось у самой земли. Им явно управляли.
Я перевела взгляд старшекурсника. Тот вскинул голову и горячо возразил:
— Это вранье! Видимо, остатки ловушки отразили мою магию.
— По данным записывающего артефакта на запястье Паолы, к этому времени ловушка уже была полностью сожжена, — возразил Калантар. — Отчет об этом я подал вам вчера.
Ректор мрачно кивнул и покосился на какую-то бумагу.
— Но никто не может подтвердить слова адептов генерала Рилуна, — парировал Мирлан. — Они оба относятся к Кайсару предвзято. Адепт Канг имел разногласия с ним, а леди Сартори, помнится, вы сами наказали за ссору. Если их слова некому подтвердить, разве можно наказывать Кайсара из-за трагической случайности…
В это время он равнодушно рассматривал меня. Рассматривал, будто нечто незначительное. Самым трудным было держать спину ровной под этим взглядом. Нельзя выдавать свой страх…
Ректор задумчиво смотрел в бумаги. А Кайс ухмыльнулся, глядя на Дэмина. Эти трое все просчитали… Как бы мне ни хотелось, Кайса не накажут. Во всяком случае, не в этот раз.
Но стоило мне об этом подумать, как дверь снова отворилась.
Луди Тулун переступил порог и хищно улыбнулся:
— Доброго дня, господа. Пока все драконы готовятся к ярмарке, ты снова разбираешь дела, брат?
Ректор откинулся на спинку кресла и с тяжелым вздохом пояснил:
— Да, слушание все время откладывалось. Сначала леди Сартори была без сознания, потом генерал увел адептов на боевое задание.
Тулун понимающе хмыкнул и прошествовал к столу. Затем посланник опустился в кресло по другую сторону от брата, и с легкой улыбкой сообщил:
— Помогу тебе в этот раз. Не все мне по чужим герцогствам мотаться. Надо и в своем порядок навести.
Я вдруг отчетливо представила, как эти слова ему говорит леди Мейли. Значит, драконица все же уговорила мужа вмешаться… Вот только поможет ли это?
Ректор подвинул брату бумаги и кратко ввел его в курс дела:
— Леди Сартори и адепт Канг утверждают, что Кайсар специально развернул заклинание. Данные считывающего артефакта свидетельствуют, что цель в этот момент уже была уничтожена. А заключение лекарей — что леди Сартори едва не лишилась магии. Но, как справедливо заметил господин Хайлун, они могут быть пристрастны. А других свидетелей нет.
Тут вздохнула уже госпожа Усин. Она даже виски растерла, как будто у нее ужасно разболелась голова от попыток разобраться в этом запутанном деле. Посланник только усмехнулся:
— Подожди, скоро здесь станет одним свидетелем больше. Буквально через минуту.
Теперь все непонимающе смотрели на Тулуна-младшего. Тот продолжал улыбаться. Как-то слишком насмешливо. Что же его так позабавило?
Ответом снова стала открывшаяся дверь.
Все повернулись к выходу, и на несколько мгновений потеряли дар речи. На этот раз в зале появился изрядно потрепанный… Энлэй. Его форму покрывали многочисленные пятна сажи, края рукавов и воротник обгорели… Удивительно, как только волосы целы остались. На щеке парня красовалась черная полоса.
Мой друг невозмутимо промаршировал к столу ректора и доложил:
— По вашему вызову прибыл. Извините за опоздание, возникли… неожиданные препятствия.
