В конце своей речи голос Люсинды стал ещё холоднее, а в воздухе засверкали ледяные кристаллики.
— Люсинда, успокойся, — не выдержала Вероника и посмотрела на меня, умоляя прекратить ссору.
Объяснять что-либо спутницами времени не было, так как мы уже приехали. Выходя из автомобиля, попросил Веронику:
— Привези Эшли в академию. Она в своём городском доме. Как можно скорее, пожалуйста.
— Хорошо, — коротко согласилась сестра короля, поняв по моему выражению лица, что я явно что-то задумал.
— Люсинда, — решил таки успокоить магиню, которая на самом деле волновалась за Эшли. — Я люблю только Эшли и сделаю всё, чтобы она стала моей женой. Просто поверь.
Многозначительно хмыкнув и одарив меня ещё одним грозным взглядом, строгая смотрительница поспешила в сторону библиотеки, а я направился в общежитие, чтобы переодеться и основательно продумать план по спасению Невы и её дочери от ненавистных мне минесцев.
Виктория светилась от счастья, увидев меня в своей комнате. Ещё бы ей не радоваться: я пообещал беременной женщине, что у неё будет и любимый мужчина, и отец ребёнка. Правда, только в том случае, если она расскажет мне о несчастной, похищенной много лет назад людьми короля Фридриха.
— Эван, но зачем тебе эта женщина? — Капризно дула и без того пухлые губки красавица, ластясь ко мне словно кошка.
— Это единственное условие, при котором ты получишь желаемое!
Я всегда разговаривал с Викторией грубо и резко. Другая бы на её месте обиделась, но только не она. Первое время меня удивляла покладистость этой женщины, привыкшей любыми способами добиваться желаемого и не побоявшейся шантажировать королевскую семью. Грозясь рассказать всем, что Оскар на самом деле сын Элаизы, Виктория добилась для себя высокого положения в обществе, став женой ректора академии и преподавателем. Их брак нельзя было назвать счастливым. Да и о каком счастье можно говорить, если ректору пришлось разорвать помолвку с любимой невестой и по приказу короля жениться на дочери гувернантки: безродной и слабой магине. Да и Виктории немолодой муж нужен был лишь ради денег и славы. Она меняла любовников как перчатки, пока не познакомилась со мной. Но потом я понял, что подчиняется Виктория только в постели, получая оргазм от жёсткого секса, и никак иначе.
— Хорошо, я всё расскажу, — согласилась "любовница" и сообщила в малейших подробностях о том, что случайно подслушала в королевском дворце.
Я внимал каждому слову Виктории и еле сдерживал себя, чтобы немедленно не броситься вон из комнаты и заняться поисками Невы. Да, речь шла именно о матери Эшли, смерть которой подстроили по приказу Фридриха, уже тогда планировавшего женить Раяна на своей дочери и со временем добраться до власти в Иаскаре. Понятно, что ему мешала женщина, которую полюбил наш король и мечтал жениться. Элаиза чуть не нарушила планы отца, забеременев от прислуги, но и этот вопрос Фридрих решил на пользу себе.
По какой причине Неву не убили и до сих пор держали в каком-то захолустье на границе Иаскара? Даже не в Минесе… Выясню, как только найду женщину и привезу её к дочери.
— Виктория, ты заслужила награду, — холодно проговорил ей в лицо, почти приблизившись к губам, но тут же отстранился, вызвав вздох, полный разочарования и обиды. — Сегодня вечером придёшь в эту комнату к десяти часам.
Я передал ей лист с номером комнаты, в которой остановился человек, способный решить мою проблему.
— Но помни, если ты снимешь повязку с глаз, все наши договорённости разрушатся, как карточный домик.
Виктория склонила голову в знак согласия и больше не пыталась прикоснуться ко мне, чем очень порадовала. Я и так с трудом выдерживал все те разы, когда она вешалась мне на руку, стоило нам случайно встретиться в многочисленных коридорах академии. И не важно, что выглядела женщина шикарно и очень соблазнительно, но не для меня: ведь закрывая глаза, я видел прекрасное создание — мою маленькую Эшли в откровенном белье, коварную соблазнительницу, опоившую нас возбуждающим настоем. Глупышка! Я и так хотел её больше всего на свете и сегодня же собирался повторить прекрасную ночь, но уже на "трезвую" голову.
Тщательно обдумывая дальнейшие действия, отправился на поиски профессора Крумма, который наконец-то смог приехать из Минеса и ожидал встречи со мной с не меньшим желанием, чем я.
— Эван, что мы делаем в чужой комнате, да ещё и в гардеробной? — Недовольно шипела Эшли, но голос не повышала, как я и просил.
— Ждём.
— Кого?
— Я не могу ничего толком сказать. Ты же знаешь, — пытался навести девушку на мысль о неразглашении тайны, сдерживаемой кровной клятвой.
— Но мы ведь всё выяснили и я тебе поверила, — недовольно бурчала малышка, прижимаясь ко мне, так как места в тесной комнатушке почти не было. — Могли бы сейчас пойти…
— Тише, началось, — не дал договорить Эшли, куда бы мы смогли отправиться вместе и чем заняться, потому что дверь в спальню профессора Родерика Крумма открылась и мы услышали лёгкий шорох снимаемой одежды, а затем тихий скрип кровати.
