Несколько дерзко звучит это заявление молоденького офицерика, отправляющегося завоевывать полководческую славу прямо из тюремной камеры для подозрительных иностранцев. Но это не было дерзостью. Эти слова выражали
Члены восточной миссии – по конспиративным соображениям – выезжали порознь. Сулковский выехал из Парижа 31 мая 1793 года за несколько часов до свержения Жиронды и захвата власти Горой. Об этом событии он узнал уже в дороге и встретил его с радостью как «третье возрождение Франции».
Парижские преследования и неприятности не ослабили– его революционного пыла. Записки, которые он вел в пути через Францию, могут смело считаться образцовым «символом веры» якобинца. Он превозносит в них благодеяния революции, клеймит глупость и низость лионских контрреволюционеров, со страстью опровергает клевету реакционных газет. Проезжая мимо запущенной пограничной крепости, он делает заметку, довольно неожиданную для завзятого читателя «деяний прославленных генералов»: «… Не в силе бастионов, а в гражданской отваге поддержанной всем народом, в любви к только что завоеванной свободе… безопасность Франции».
В Италии происходит неожиданное изменение дорожных планов. Разведка коалиции напала на след тайных эмиссаров революции. Посла де Семонвиля разоблачают во Флоренции и арестовывают. Сулковский узнает об этом в Венеции. Кольцо опасности вокруг него сжимается. Выдворенный полицией с территории Венецианской республики, он получает от французского консула приказ отправиться в Сирию, в Алеппо (Халеб), и там ожидать дельнейших распоряжений из Парижа.
В Алеппо, и только-то! Нынче никакое расстояние не может нас удивить, но ведь тогда самолетов не было Поздним летом 1798 года Юзеф садится в Ливорно на корабль и отправляется в многомесячное плаванье через Кипр и Александретту в Сирию. В дороге он мучается тропической лихорадкой, учит арабский и турецкий, старательно изучает социальные и экономические особенности Востока, что пригодится ему спустя пять лет во время египетской экспедиции.
В начале ноября он наконец добирается до цели своего путешествия. И тут начинается долгое ожидание инструкций из Парижа.
Но в Париже заняты другими, более важными делами. Беспрестанные поражения на фронтах и страшный экономический кризис вынудили революционное руководство принять самые суровые меры. Комитет общественного спасения, во главе которого стоит до жестокости добродетельный Максимилиан Робеспьер, решает спасти Францию и революцию организованным террором. Одновременно военный инженер Лазар Карно, великолепный организатор и несокрушимый республиканец, принимает революционизировать армию и очищать ее от ненадежных элементов.
На сцену выступают новые люди. Один из них – недавний усмиритель корсиканских повстанцев Наполеон Буонапарте. Благодаря дружбе с Огюстеном Робеспьером, братом диктатора, молодому корсиканцу удается пробить свой план выдворения англичан из Тулона. После взятия Тулона он именуется спасителем революции, посланным провидением, и в молниеносном темпе продвигается в бригадные генералы. Перед ним открывается великая карьера. Парижские газетчики называют его «Робеспьером на коне».
Юзефу Сулковскому в далеком Алеппо удача благоприятствует куда меньше. Пять месяцев напрасно ожидает он приказов из столицы и, не в силах дождаться, пытается осуществить безумный план – самостоятельно преодолеть 1500 километров по Аравийской пустыне до Басры, а оттуда попасть прямо в Индию. Предприятию этому покровительствует хозяин Юзефа, английский торговец Роберт Эббот. Но этот отзывчивый купец является одновременно агентом английской разведки и информирует о каждом шаге своего польского гостя дружественные разведки Австрии и России. Вероятно, благодаря этой благожелательной опеке Сулковский попадает в пустыне в засаду и только чудом остается живым.
Путешествие в Индию длится почти до апреля 1794 года. Чувствуя, что английская разведка обкладывает его со всех сторон, Юзеф наконец отчаивается в авантюрном походе в Басру и решает вернуться в Константинополь, где послом Франции является его давний варшавский знакомый Мари Декорш.
Путешествие в Константинополь из-за препятствий и осложнений, чинимых милым мистером Эбботом, длится почти полных три месяца. Еще до того как попасть туда, Сулковский узнает о Краковском восстании Костюшки. С этой минуты его перестают интересовать проблемы Дальнего и Ближнего Востока и целиком захватывают польские дела.
