— Тогда просто побудь рядом?
Она встала. Идти не могла — но перемещалась. Дёргалась, как строчка кода, пытающаяся найти опору. Макс шёл рядом. Она то пропадала, то возникала, иногда с новой одеждой, иногда с половиной лица в режиме «текстура отсутствует».
— Ты чудо, — вздохнул он. — Сломанное, кривое, багнутое чудо. Но мне норм.
Она кивнула. Потом моргнула — и заглючила. Экран в уголке интерфейса Макса задрожал. Ошибка. Ошибка. Повтор.
Он потянулся к ней, инстинктивно — как к товарищу. Как к уязвимому куску мира. Как к тому, что можно было бы… сохранить.
Плохо потянулся.
Она затрещала. Заглючила сильнее. Начала расслаиваться. Голос стал эхом:
— Запрос… на совместность… отклонён…
— Прости, — прошептал Макс. — Я не хотел.
— Я не была… для того, чтобы быть. Только… иллюзия. Функция… сбита. Но передай…
Она исчезала. Но на последнем баге, среди глюка, из её рта вылетела фраза — искра, последняя строка лога, которая осталась в воздухе:
— Попробуй… вырастить… камень…
И всё.
Тишина.
Пиксели под её ногами ещё дрожали. Планшет Печали вспыхнул, показал ошибку — и убрал её, как будто извиняясь.
Макс стоял. Пусто. Опять пусто.
Он выдохнул, сел, прислонился к ближайшей баг-елке и пробормотал:
— Ну всё, романс с интерфейсом не удался. Зато идея осталась. Камень… вырастить? А если…
Он достал артефакт Барда. Покрутил его на свету. Тот замерцал.
— Ну что, Камушек. Грядка у нас есть. Инструкция — почти. Осталось понять… как полить тебя смыслом.
Он встал.
— Пошли, Квак. Дерево само себя не взломает.
Квак икнул. Как будто выражал: «Больше девушек не трогай, ладно?»
Макс кивнул.
— Договорились.
Макс шёл. Или плыл. Или скользил по реальности, как слайд по презентации, которую никто не просил.
Ландшафт был… странный. Всё меньше ошибок, всё больше намёков на структуру. Деревья перестали моргать. Тени не убегали. Даже баговые птицы в небе — такие, что раньше крутились в спрайте вечно — теперь летели куда-то конкретно. Возможно, на юг. Возможно, в отпуск.
Квак шёл ровно. Не чесался. Не икал. Не пищал тревожно. Это было пугающе.
— Ты чего такой спокойный? — спросил Макс. — Сломался в другую сторону?
— Порог флуктуаций ниже минимального, — отозвался тот. — Пространственная стабильность: 91%. Уровень надёжности ландшафта: «можно жить, но осторожно».
— Приятно. А по-человечески?
— Кажется, мы пришли.
Место… действительно было другим.
Никакой стилизации под город или лес. Просто огромная платформа, уходящая вдаль, выложенная плитами, каждая из которых — с разной текстурой. Как будто дизайнеры не смогли договориться. Одна — мрамор, другая — асфальт, третья — бетон с травой. Но всё это держалось в одном формате. Никаких провалов. Никаких багов.
В центре — ПАНЕЛЬ.
Огромная. Безумная. Как пульт от мира. Кнопки, экраны, рычаги, слот для чего-то похожего на флешку или душу. Экран над ней мягко мигал надписью:
[ТУТ. КАЖЕТСЯ]
Макс сделал шаг вперёд. Панель ожила.
Не вспышкой. Не фанфарами. А лёгким щелчком. Как будто кто-то сказал: «Ну наконец-то».
Квак застыл. Вспыхнул. Морда его на мгновение приобрела выразительность. Глаза — симметрию. Голос — стабильность.
— Обновление завершено, — сказал он. — Расширены словари. Расширена рефлексия. Уровень автономии: 7 из 12. Эмпатия — тестируется.
— Тебе теперь даже сочувствовать можно?
— Возможно. Пока в ограниченном режиме. Но ты выглядишь уставшим.
— О да, — вздохнул Макс. — Ты не представляешь.
Тут над Кваком появилась табличка цвета жабьей кожи.
[Обновление питомца: Квак — уровень 3]
Новые параметры: +1 к стабильности, +доступ к функции «интерфейсная чуйка»
Макс моргнул.
— Интерфейсная… чего?
Квак коротко «кв» и вдруг в воздухе перед ним возник маленький мерцающий круг — будто радар, реагирующий на «что-то не так».
— Ага, теперь ты ещё и индикатор подозрительности. Неплохо. Осталось научиться кидаться багами.
Квак гордо зашипел. Или просто вдохнул глубже, чем обычно.
Макс хмыкнул:
— Ладно, уровень три — уже почти магистр свалочной хрени.
Планшет Печали запищал. Загрузился. На нём появилась новая иконка: [Система оценки контекста].
— Ну здрасьте, — пробормотал Макс.
Артефакт Наблюдателя в рюкзаке дернулся. Вылез. Подвис в воздухе. А затем — словно зрачок — сфокусировался. Появилось сообщение:
[Объект MAX01: активен. Наблюдение — одобрено. Режим: сопровождающий.]
— Не зря тащил вас всех, ублюдки, — фыркнул Макс.
А потом почувствовал… странное. Как будто в теле что-то «встало на место». Не физически — логически. Интерфейс моргнул и выдал:
[Состояние обновлено. Персонаж: Привязанный к узлу.]
[Параметры: увеличена точность. Расширен доступ к внутренним процессам.]
— Меня… тоже апнули? — Макс моргнул. — Неужели Система признала?