Никогда еще русские вооруженные силы, действовавшие па Средиземноморском театре, не оказывались в таком трудном положении. В период Первой Архипелаг-ской экспедиции путь с Балтийского моря проходил мимо государств, с которыми Россия не находилась в состоянии войны. Во времена Средиземноморской экспедиции Ушакова 1798—1800 гг. был свободен путь из Черного моря. Иначе сложилась обстановка в 1807 году. Босфор и Дарданеллы были наглухо закрыты для русских судов, а на коммуникациях, соединяющих Корфу и Котор с балтийскими портами, наряду с французами стали действовать североафриканские вассалы турецкого султана. В феврале 1807 года Сенявии узнал о том, что тунисский бей, объявив России войну, захватил четыре русских торговых судна. Алжирский бей также получил из Константинополя предписание нападать на русские суда.
В начале августа 1806 года из черноморских портов к Корфу были посланы фрегат н свыше десяти наемных судов, а в сентябре еще одиннадцать судов с различ-
иыми материалами и продовольствием. Таким образом о основном была удовлетворена февральская заявка Се73 иявниа. Однако в условиях назревания военного конфликта с Турцией командующий выдвинул повое требование о создании годичных запасов всего необходимого для Средиземноморских вооруженных сил. Это требование выполнено не было.
Отправляя в сентябре 1806 года из балтийских портов дивизию под командованием Игнатьева, Чичагов намеревался погрузить на корабли мортиры, пушки и единороги «для действия во время высадки». Семь мортир действительно были доставлены. Пушки же и единороги так и не были подготовлены ко дню отплытия Игнатьева из балтийских портов 8. Особенно же много трудностей русские вооруженные силы, действовавшие на Средиземноморском театре, испытывали из-за нехватки артиллерийских снарядов.
Наконец, Сенявин испытывал острый недостаток в деньгах. Ему приходилось все время изощряться, чтобы хоть как-нибудь справиться с денежными затруднениями. В августе 1806 года адмирал писал Чичагову, что матросы и офицеры почти год не получали жалованья, а наличных сумм едва ли хватит до конца года на затраты по ремонту кораблей, на закупку свежего мяса, на хлебопечение и на выплату порционных сумм 73 офицерам.
К ноябрю Сенявин получил около 230 000 рублей и категорическое заявление Чичагова о том, что на эскадре сейчас имеется достаточное количество денег. Отвечая министру, Сенявин представил ему обоснованный и точный отчет об израсходовании присланных сумм и уведомил о том, что на 1807 год он не имеет ни копейки, а жалованье остается не уплаченным уже за год и три месяца. Небольшое количество денег, доставленных Игнатьевым в начале января 1807 года, не могло сколько-нибудь серьезно улучшить положение.
Лишь после того как турки объявили войну России, в Петербурге стали выделять более значительные суммы на содержание средиземноморских сил. Но бесконечные бюрократические проволочки и поразительная даже для царских чиновников непредусмотрительность привели к
тому, что суммы эти так и не были получены Сеиявиным. 18 сентября 1807 года Дмитрий Николаевич сообщает о невозможности реализовать полученный им аккредитив на 300 000 рублей, так как он дан на Константинополь. Характерно, что этот аккредитив был отправлен во второй половине января, то есть уже после начала русско-турецкой войны. В Петербурге, правда, еще не успели узнать о формальном объявлении султаном войны. Однако там прекрасно знали, что война может разразиться с часу на час. При существовавшей тогда международной обстановке посылать Сенявину аккредитив на Константинополь было крайне неразумно.
Помимо этого и еще одного запоздавшего • аккредитива, Сенявину была послана крупная сумма наличными деньгами. Но пока вопрос об отправке этих денег решался в морском и финансовом ведомствах, прошло более полугола. Фрегат «Спешный», который должен был доставить деньги на Корфу, вышел из Кронштадта только 21 июля, когда война с Францией была окончена и эскадра вызвана со Средиземного моря в Россию 74.
Общее количество денег, выделенных правительством на нужды Средиземноморской эскадры в 1807 году, было довольно значительным. Миллиона трехсот тысяч рублей, которые были в три приема высланы Сенявину, могло хватить на удовлетворение хотя бы некоторых самых неотложных нужд эскадры, если бы эти деньги попали по назначению и вовремя. Следует подчеркнуть, что все выделенные для Средиземноморской эскадры денежные средства были изысканы в период наиболее острой борьбы с Наполеоном в Польше и в Восточной Пруссии, в момент, когда Россия была лишена не только военной, но и финансовой помощи со стороны Англии и других союзников. Не приходится сомневаться в том, что эти средства вполне могли быть изысканы при более благоприятных условиях, существовавших в 1806 году.
