И Самсонову это сделать удалось, а именно, удалось вселить в Хасана Рейса — командующего турецким флотом, что русские испугались и не знают, что теперь делать, двигаясь к планете скорее по инерции, а не по желанию драться.
— Гяуры трусливо завиляли хвостами, — усмехнулся Хасан Рейс, обращаясь к своим капуданам, — Самсон-паша хотел увидеть перед собой слабую эскадру, а увидел огромный космофлот, способный разметать его жалкие дивизии! Не будем же заставлять его сомневаться в этом, вперед храбрые воины султана! Покажем русским их место!
Две из трех дивизий флота обороняющейся стороны сорвались со своих координат и собравшись в атакующие «конусы», бросились на «черноморцев». Единственным адмиралом, кто не поддержал навал на русских оказался Вольф Буховски, который за последние двое суток не понаслышке знал, на что был способен Самсонов, тем более, что сейчас у того в строю Буховски увидел множество новейших линкоров и крейсеров.
— Я на вашем месте не лез бы в пасть льва так бездумно, — ответил Буховски османскому командующему, когда тот, видя, что американские корабли остаются на своих прежних координатах, связался с их адмиралом. — Нет, даже не уговаривай меня, Хасан… — замахал руками Вольф, будто отгоняя от себя нечистую силу. — Я твой союзник, но никак не подчиненный. Если хочешь безвестно погибнуть, пожалуйста…
Хасан Рейс не стал спорить с американцем, отключив с ним связь, и только после этого назвав Буховски трусливой собакой.
— Сами справимся, пусть «янки» сидят в резерве, если им так хочется, — решил османский паша, приказав двум своим дивизиям начать атаку на походные колонны русских.
Первыми при сближении флотов схватились истребительные эскадрильи обеих сторон. Хасан Рейс и его адмиралы видимо понадеялись на высокую жизнестойкость «спаги» и маневренность легких «шахинов». Однако паша Рейс не учел качественных изменений в Черноморском космофлоте, который после принятие в его состав резервных дредноутов, сплошь состоял из линкоров и тяжелых крейсеров. Соответственно и истребителей у Самсонова сейчас было огромное количество. При таком соотношении сил у османов не было ни единого шанса на победу.
Тысяча с лишним наших истребителей атакуя с трех направлений, от каждой дивизии свой «рой», сначала быстро пошли на сближение и разбили общее построение противника, а потом, разбившись на эскадрильи, принялись уничтожать турецкий «рой» по частям, в итоге заставив остатки эскадрилий Хасана Рейса прятаться за первой «линией» своих кораблей. В этом скоротечном ожесточенном бою «черноморцы» потеряли всего пятьдесят шесть МиГов, бежавший противник же недосчитался в своих рядах почти трех сотен «спаги» и «шахинов»…
Несмотря на это османы с хода общим навалом попытались было опрокинуть одну из наших походных колонн, находящейся к ним ближе всего. Этой колонной оказалась 15-ая «линейная» дивизия вице-адмирала Хиляева. Дамир Ринатович показал себя здесь с самой лучшей стороны. Он моментально перестроил свою колонну в оборонительное «каре», неприятно удивив османов скоростью своих действий. Две османские дивизии, собранные в «конусы» даже если бы захотели прекратить атаку, не смогли бы этого сделать, не потеряв при этом огромное число своих кораблей.
Сорок с лишним вымпелов врага с размаха ударили с двух углов по плотным порядкам 15-ой «линейной», пытаясь кинетической силой пробить русское «каре». Сделать этого у них не получилось, наши дредноуты стояли как вкопанные на своих координатах, заградительным огнем сметая передовые корабли нападавших и не давая опасным в ближнем бою галерам выйти на линию атаки, чтобы начать таранить русские корабли. Боясь моментально сгореть в плазме главных калибров обороняющихся дредноутов, ни один из капитанов галер так и не решился выйти на открытое пространство из-под защиты своих впереди идущих крейсеров и линкоров.
Таким образом, с наскока разрушить «каре» Хиляева и рассеять его дивизию Хасану Рейсу и его дивизионным адмиралам не удалось. Оба атакующих османских «клина» так и не сумев приблизиться к нашим кораблям для ближнего боя, теряя мощности фронтальных и бортовых полей, вынуждены были начать маневр по развороту и отходу из простреливаемого сектора. Османский командующий теперь решил собрать обе свои дивизии в единое построение, чтобы усилить пробивную свою пробивную мощь, ибо посчитал, что «каре» Хиляева эффективней и быстрей можно будет разбить, атакуя его с одного направления. В этом был смысл, так как остальные русские корабли «каре», развернутые носами на другие направления и находящиеся в плотных порядках, не смогут в этом случае оперативно помочь своим товарищам, не разрушив при это общее построение…
