Фортуна переменчивая девица, вот и сейчас она, подарив мимолетную улыбку русскому командующему, уже через минуту отвернулась от него и бесстыдно стала заигрывать с другими. Дилемма, которая встала перед Самсоновым, казалась настолько неразрешимой, что Иван Федорович какое-то время буквально находился в прострации, не разговаривая ни с кем из своих подчиненных и полностью погрузившись в себя.
То, что сейчас видел на тактической карте наш адмирал было уму непостижимо. Как такое возможно⁈ Еще час тому назад его «черноморцы», в жестокой битве опрокинув флот Хасана Рейса, заставили своих врагов трусливо бежать прочь от планеты Адана-3. На кураже Самсонов даже начал играться с отступающими в панике османами и американцами, широким охватом и маневрированием своими подразделениями направляя тех в нужный для себя сектор пространства.
Сделать это было не сложно, если ты профессиональный флотоводец и у тебя крепкие нервы, чтобы самому не сорваться и не наделать ошибок. Иван Федорович был уверен в себе. Он хладнокровно и осторожно расставлял свои сети, постепенно загоняя в них свою жертву. Командующий приказал дивизиям Хиляева и Козлова, вместо того, чтобы пуститься в погоню за эскадрами Хасана Рейса и Буховски, начать постепенно окружать их по широкой траектории с определенных углов, незаметно перенаправляя бегущие корабли противника туда, где по планам вскоре должен был появиться еще одни его дивизионный адмирал — Василий Иванович Козицын…
Криптотурки и американцы по простоте душевной думали, что благодаря скорости своих кораблей они оторвались от русских и находятся в безопасности, но не тут-то было. Как верно предполагал командующий Черноморским космофлотом, Козицын со своей 3-ей дивизией появился на карте в самый нужный момент. Таким образом, отступающие враги, подгоняемые с «тыла» и «флангов» Самсоновым, оказались в ловушке между двух огней. На хвосте сидели три дивизии русских, а прямо по курсу как по волшебству вырастали и уже выстраивались в боевые порядки корабли вице-адмирала Козицына, готовые преградить путь Хасану Рейсу и его капуданам.
Вот тут османы сильно приуныли, не зная что в этой ситуации делать, ибо по сути они были обречены. Развернись и прими бой с Самсоновым и его адмиралами — они пропали, не меняй траектории движения и атакуй Козицына — то же самое. Количества кораблей у Василия Ивановича хватит, чтобы продержаться до подхода основных сил, удерживая артиллерийской дуэлью османов и американцев на месте. В общем, старик Хасан Рейс уже прощался со своим и так немногочисленным флотом, как вдруг…
Неожиданно на тактической карте перед взором Самсонова возникли еще несколько десятков кораблей, приближающихся к сектору планеты Адана-3, возле которой и происходили все эти события, совершенно с другого направления. Причем по цветам кораблей, появившихся на карте сразу было понятно, что принадлежат они двум противоборствующим лагерям. Одни были малахитово-зеленого цвета, по идентификационным номерам Иван Федорович увидел, что это была дивизия Кондратия Белова. Другие — кроваво-красные вымпелы, принадлежали Космофлоту Южных Сил султана Селима.
Обе эскадры, причем, одна маленькая почти крошечная по численности, а вторая — огромная, приближались к Адане из сектора перехода «Тарс — Эдирне» именно туда, куда Самсонов посылал Белова для того, чтобы тот взял под контроль данные «врата». По количеству отступающих русских кораблей, а в том, что они именно отступали, сомнений не было никаких, Иван Федорович понял, что Белов проиграл сражение и сейчас пытался спасти остатки своей некогда самой боеспособной дивизии Черноморского флота.
— У Кондратия Витальевича, когда я его видел крайний раз, под рукой было восемнадцать вымпелов, если не ошибаюсь, — хлопнул по панели Самсонов, пересчитывая командующий 2-ой «ударной» на карте. — А сейчас рядом с ним находится всего восемь единиц… Где, мать его, остальные⁈
