Варя схватилась за живот от смеха и смеялась до тех пор, пока не увидела нависающим над собой громадного, страшного на вид, полуробота-получеловека. Девочка открыла рот и от ужаса не могла пошевелиться. Кузьма Кузьмич долго молча смотрел на неё, а потом своей человеческой рукой попытался погладить её по голове. Варя отпрыгнула назад и снова спряталась за ноги своего отца.
— Попробуешь дотронуться до ребёнка, я оторву тебе последние конечности! — с угрозой в голосе, произнёс Фёдор Афанасьевич, смотря на великана.
— Не х-хотел пугать, — замотал головой Кузьма Кузьмич, переводя взгляд, то на меня, то на Волынца.
— Всё в порядке, — успокоил я его, и обратился к генералу. — Это мой командир морпехов и боевойтоварищ. Не пугайтесь его внешности, он никому не причинит вреда…
— Хорошо, — кивнул Волынец, успокаиваясь, — значит, дольше проживёт…
Возникшую неловкую ситуацию исправила подполковник Дибич, подойдя к нашей группе. Она всё ещё была в своём лётном комбинезоне и не стала переодеваться, поспешив мне на встречу.
— Здравия желаю, господин контр-адмирал, — официально поприветствовала меня, Янина.
— Здравствуйте, подполковник, — кивнул я, напуская на себя важный вид.
Неожиданно я взял Янину за плечи и смачно троекратно расцеловал в обе щёки.
— Перестань хватать всех моих женщин, — возмутился Волынец. — Тебе здесь, что — фабрика невест?! Ищи, кого целовать у себя во флоте, а к моим бабам не лезь…
— К вашим бабам?! — Янина строго посмотрела на Волынца.
Тот осёкся на полуслове, и Дибич тоже не стала продолжать эту тему. Я заметил лёгкое напряжение между ними.
— Мы так и останемся, здесь стоять? — спросил я. — Или нам всё же будет позволено посетить эту прекрасную крепость?
— Конечно, конечно, — засуетился Волынец, поняв свою оплошность. — Пойдёмте… Можем пока посидеть в офицерском кафе на верхней площадке…
Генерал указал рукой на стеклянный балкон, полукружием нависающий над главным пирсом на высоте не менее двадцати метров. Когда мы поднялись туда на эскалаторе, с него сразу стала видна вся масштабность главного причального ангара крепости.
Я посмотрел вниз. Всюду, куда не падал взгляд, в радиусе полукилометра, царили суета и оживление. Огромное количество людей и андроидов прибывали и вылетали с «Измаила» каждый час. В основном это был техперсонал, ведущий непрерывные погрузочно-разгрузочные работы. Иногда среди них мелькали голубые комбинезоны лётчиков и серые бронескафандры пехотинцев гарнизона. С учётом моих моряков, большинство из которых всё ещё оставалось на территории терминала, всего на пирсе я увидел не менее тысячи человек и ботов одновременно.
Внушительная команда таких роботов-помощников у второй причальной стойки безостановочно производила разгрузку, прибывающих один за другим, шатлов. По специфической конфигурации груза я предположил, что это и есть те самые аккумуляторы к артбатареям, которые везла «Македония». Странно, но грузовики увозили весь этот боезапас в сторону центрального транспортного коридора. Я был немного знаком с внутренним расположением отсеков на «Измаиле», поэтому знал, что центральный коридор не ведёт к складам, на которых и должны находиться эти плазменные стержни.
— Ты сделал перепланировку своей берлоги? — спросил я Волынца, кивая в сторону вереницы грузовиков. — Куда они направляются?
Мы все вшестером расселись вдоль длинной стойки, лицом к терминалу. Робот-бармен со скоростью звука стал суетиться вокруг нас, принимая заказы — кто, что будет, есть и пить.
— А эти… — махнул рукой генерал, понимая, о чём я его спрашиваю. — Прямо перед твоим появлением, прилетел тут один… Притащил к крепости пятнадцать тысяч запасных стержней. Представляешь, что за бардак творится у снабженцев! У меня полные ангары забиты таким же добром до отказа, а они ещё привезли…
— Согласен, Служба тыла — это вечная головная боль, — кивнул я, вспоминая сколько раз, лично сталкивался с подобными случаями разгильдяйства снабженцев.
— Ну и вот… — продолжал Волынец, недовольно скривившись. — А куда мне определять этот груз, если все места заняты? Иногда я думаю, что служу не на боевой станции, а на какой-то перевалочной базе.
— Так ты сам, как хомяк, набиваешь свою крепость всякими запасами сверх нормы, — засмеялся я, подмигивая Варе.
— А что добру пропадать, — буркнул генерал. — У меня, всё целее будет…
— Ну, вот и не причитай тогда…
— Ай, — отмахнулся Фёдор Афанасьевич. — В общем, определил я стержни временно к себе в главный «бункер».
— В отсек Центрального Пункта Управления?!
— Только там, место и осталось, — по-простому пожал плечами генерал, — А что ты так смотришь? Не переживай, ничего в этом опасного нет. Сдетонировать аккумуляторы могут только от прямого попадания плазмы, а такого попадания случиться не может по причине того, что главный отсек защищён бронёй лучше любого другого отсека крепости. Ты же в курсе, что Пункт Управления практически непробиваем.
