Я сидел за столом и размышлял, стоны одного из офицеров, его как раз сопровождающий врач обрабатывал, мне не мешали. Получил от начштаба приказ, а мы с Бахиревым напрямую работаем. Да и договорённости нарушаются. Тот в курсе, что работать я буду только с ним. Тем более судно, это частный капер. Командующий Балтийским фронтом мне крайне неприятен как член суда, что лишил меня звания и дворянства десять лет назад. Офицерский суд. Я хорошо запомнил эту морду. Тогда тот капитаном первого ранга был, сейчас адмирал. Я злопамятный. Так что тут два пути, связаться с Бахиревым и узнать, какого чёрта его подчинённый через его голову ко мне обращается. Или послать тех, кто отдал приказ, судно убрать и вернуться на флот простым офицером. Типа сын Альфы расторг контракт по вине представителей нанимателей, нарушили пункты контракта. Подумав, всё же написал запрос на имя командующего Черноморским флотом с вопросом: «А что происходит?» Зашифровал, и радист отправил. От радиста штаба флота, а он в Константинополе теперь размещался, пришло подтверждение, что приняли сообщение. Будем ждать ответа. Пришел через час, я как раз обедал, а вдали уже показалась береговая линия, точно на Севастополь вышли. То, что раненых везём, на базе в курсе, у причальной мачты уже должны ждать повозки с мягким ходом для перевозки раненых. Ну, мы их не в первый раз перевозим, в третий, если так подсчитать, команда и встречающие знают, что делать.
Вот так, получив лист с шифровкой, я доел, и поглядывая, как идёт судно, расшифровал сообщение. Короткое, надо сказать. От Бахирева, его личная подпись-код, приказ тот же, получить припасы и топливо и срочно следовать в столицу. Блин, засада. Ладно, надеюсь, не к Балтийскому флоту припишут. Видеть рожу его командующего я не хотел. Принимаем припасы и медленно ползём к столице. Средние близнецы как раз и нагонят следующей ночью. Нормальный план. Тут удивляет то, что перебрасывают на другой участок боевых действий. Кавказский фронт, что перегруппировывался и готовился наступать дальше, в сторону болгар, высоко оценил действия моего судна и команды. Я сносил всю оборону, что перед ним вставала. Бомбы уже подвозили, завтра должны доставить, то есть боеприпасы есть, и помощь моя фронту будет неслабая. А ведь с тем, что турки капитулировали, они своим союзникам крепкую свинью подложили, войск на этом направлении у противника нет, что-то спешно перекидывали, но там мосты железнодорожные обрушены. Старались выстроить новую линию обороны на этом направлении, торопились, пока наши не подошли. Этим нужно пользоваться, офицеры Кавказского фронта это тоже отлично понимали. А меня снимают и в столицу. Странно. Последние три дня я вёл в основном патрульную и разведывательную службу, передав немало данных по разным вооружённым группам, находкам, куда отправляли или кавалерию, или боевые корабли. Где противник строит оборону и как. То есть в штабе фронта знали, что и где находится, свежие карты доставлял часто, да и на штаб флота работал, разведданные поставлял, а тут раз – и кидают на новое направление. Кому такое понравится?
Да и не хочу я в столицу. Как уже говорил, на месте видно будет. У меня одна надежда была, что моё судно у меня отберут. А что, оно и так не новое, да ещё мы выжали из него всё что могли. Бои и обстрелы – это не ладошкой погладить, заплата на заплате. Часто травится газ. В общем, команда больше ремонтом занимается, чем ведёт службу. Опыт шикарный наработали, это так, но чем дальше, тем больше я хотел избавиться от этой обузы. Тут или полный капитальный ремонт, что займёт несколько месяцев, требуется полная разборка, да и детали придётся изготавливать самим, или скинуть судно кому другому. Не хочу, чтобы оно погибло, находясь под моим командованием, я числюсь непобедимым и удачливым, пусть так и остаётся. Удаче своей тоже помогать нужно, подталкивая Судьбу в нужную сторону. В общем, на месте видно будет.
