На базу, где сдали раненых и получили топливо и припасы, также прибыл офицер, что доставил приказ вылетать наискорейше к столице. Причём подписал приказ контр-адмирал Колчак. Видимо, единственный адмирал на базе. Он тут командующий всеми миноносными силами. Ранен и находится на излечении, вот и командовал заодно оставшимися тут подразделениями штаба. Впрочем, тот уже окончательно переводился в Константинополь, Севастополь становился тыловой базой флота. И вот, не задержавшись в Севастополе даже на три часа, я поднял «Возмездие» в небо. На высоте полутора километров повёл его вглубь страны. Скорость пятьдесят километров в час, в бортовом журнале, если что, сделал отметку о встречных ветрах, а сам с механиком занимался ремонтом. Я уже говорил, за последние дни мы так растратили ресурс, что меня удивило, как судно до сих пор летало. Понятно, газ выходил, заделывали как могли, но так долго это продолжатся не могло. Я уже подавал рапорт на имя Бахирева с описанием состояния судна, но тот прямо спросил: «Летать может? А надо». Вот и летал. Теперь нужно написать повторный рапорт, уже на имя начальника штаба Балтийского флота. На имя командующего писать не буду из-за острой антипатии к нему. Я уже говорил про это.
Причём летели не пустые. Пассажиры были до столицы, напросилось несколько дворян, двое рекомендательные письма от Колчака принесли, тот просил взять их. Да взял, хотя честно сообщил, что судно не в лучшем состоянии, а парашютов на всех не хватит. Посмеялись как удачной шутке и загрузились. Было двое детей. Я даже свою каюту уступил одной дворянской семье, две женщины, мать и дочь, с маленьким ребёнком у дочери. Впрочем, накаркать не вышло, добрались до столицы благополучно, да ещё за двое суток. Удивило. В пути нас обогнал дирижабль близнецов, те Румынию покинули, взлетев за два часа до заката, торопились, ещё в первую ночь нагнали, под утро приняли их на борт, и дальше беспосадочный перелёт до столицы.
Время было утреннее, специально так подгадал, десятого июля. Спустив пассажиров и пожелав удачи, я отдал приказы команде, какими делами заняться, кому отдыхать, и покинув борт дирижабля, машина с офицером уже ждала, поехал к штабу флота. Не один, взял попутчиков из своих пассажиров. А то всего две пролётки на аэродроме были, а вот все авто уже давно отобрали у аэродромной обслуги, на них и везли остальных. Высадив пассажиров у нужного дома, заехали к моему бывшему, высадили пассажирку с вещами, и мы доехали до здания Адмиралтейства. Пока ожидал командующего, он ещё не подъехал, оформил рапорт и передал его секретарю. Час пришлось ожидать, пока адмирал не прибыл. Как я понял, подслушал разговор секретаря по телефону, тот был у Николая II. Время было пол-одиннадцатого, когда меня допустили до тела командующего флотом. Общаться с ним я не хотел, не желал и сейчас, но пришлось.
– В каком состоянии «Возмездие»? – прямо спросил тот.
Сам адмирал был не один, два капитана первого ранга, причём один подавал бумаги на подпись, и тот ставил свою печать и делал завитушки подписи. Второй офицер стоял у стола, но чуть в стороне, и внимательно слушал. Кажется, он из разведуправления штаба флота, но не уверен. Это человек командующего, с собой привёз с Дальнего Востока.
– В плохом. С трудом добрались до столицы. В пути один мотор отказал, сейчас его разбирают. Как мне сообщили, в столицу судно направили на ремонт. Требуется полная разборка жёсткого корпуса с отсоединением гондолы. Ремонт займёт от двух месяцев до трёх, всё зависит от запчастей, которые придётся делать самим. Поэтому о сроках ремонта уверенно ничего сказать я не могу.
Адмирал даже отвлёкся от работы, рука с пером зависла в воздухе. Он с каким-то недоумением смотрел на меня.
– Барон, вы хотите сказать, что «Возмездие» не боеспособно?
– Так точно.
– Но судно летает?
– Пока да.
– Вас вызвали не на ремонт, для выполнения срочного задания, а вы сообщаете мне, что дирижабль не может выполнить задание.
– За последние недели ресурс был выработан в ноль. Судно не только требуется обслуживать, но и ремонтировать, тем более мы не раз были под обстрелом.
– «Возмездию» нужно будет пролететь две тысячи морских миль, выполнить задание и вернуться, оно способно это сделать?
– Возможно, да. Не могу сказать уверенно.
– Мне не раз говорили, что для братьев Баталовых нет ничего невозможного, а тут вижу неуверенного в себе офицера.
– В себе я уверен – в судне нет. Если желаете, можете назначить другого командира.
– Пожалуй, соглашусь, тем более бывший капитан «Феникса», старший лейтенант Губин, вернулся из Франции с командой.
