— Какая ещё честность и дружба среди диких зверей? — не стерпел и другой чёрт и так же перевернул рубашку, а там тройка крести.
Возмущаясь, черти один за другим раскрывали свои карты, но всякий раз набирая лишь от двойки до десятки. А Мара, увлекая чертей рассказом, дождалась, пока они забудут о своей хитрости и сдала карту уже себе. К полному удивлению чертей, это оказался… туз пики.
— Похоже, моя взяла, — бросила колоду на стол довольная победительница и каждая карта тут же разбежалась по столу тараканом, до смерти перепугав чертей.
Часть тут же попадала прямо со стульями на спину, а другая спешно отодвигалась от стола и пыталась сбросить этих заполонивших всё тараканов с себя. Даже крупье не утерпел и отскочил.
— Вот видите! — воскликнула довольная Мара. — Обман может привести к временной победе, но истинная мудрость и честность всегда побеждают в конце. Так что… будьте честными, господа. И признайте уже, что я вас обыграла!
— Да ну её к черту! — возмущались черти один за другим, но ничего не могли поделать. Туз пики со стола никуда не делся, как и их карты мелкого номинала. Только и оставалось, что идти бесам жаловаться. Но те и так неплохо жаловались друг другу на погоду, влажность, ломоту в суставах и предчувствие, что ничего лучше уже не будет.
— Пошли прочь, неудачники! — рассердился конферансье, осознав свою ошибку с бледной девушкой слишком поздно. А ошибка была лишь в том, что её вообще позволили играть по их правилам, да под её руководством.
Но дьявол, как известно — в деталях.
Пока недовольные черти расступались от столов, полубесы и бесы аплодировали победительнице, испытывая к ней зависть наравне с уважением в пропорции примерно 99 к 1. Но Мару и это устраивало. Ведь следом её подвели к пьедесталу и конферансье, натянув вынужденную улыбку, пробормотал:
— Что ж, хитрая Сирена. Выбирай свой приз. Ты желаешь оружие, ты желаешь доспех или желаешь взять в ученики…
— Малой! — резко указала она пальцем на арену. — Теперь я твой куратор и направляющий. Внемли же победительнице и слушай мою команду. Сразись за следующий приз в бою! Срази беса!
Малой поднял голову, отложил камушки и поднялся. Но вместо того, чтобы тут же последовать её команде, обронил скупое:
— Пить.
Вначале бледной девушке показалось, что послышалась.
— Пить? — переспросила Мара. — Я говорю — сражай! Выбери самого большого и сильного и сразись с ним за оружие!
— Пить, — повторил Малой и спрыгнув с арены, пошёл к столам полубесов, где громоздились бочки, стояли пузатые амфоры, металлические канистры и стеклянные бутыли большой вместимости, а пузатые участники уже опрокидывали в себя то одно, то другое, то третье.
Оставляя за собой огненный след, разгорячённый пленник демонов подошёл к одной из бочек, что была раз в двадцать крупнее его, откупорил закупорку и присосался к ней. Пил он быстро, жадно и несоизмеримо своему росту и весу.
— Да он как будто вообще никогда в жизни не пил, — удивился Рыцарь Смерти.
На что Даймон лишь сложил руки на груди и добавил:
— Однажды он нам бассейн весь выпил. С хлоркой. А у соседа пруд опорожнил одним залпом. Вместе с лягушками. Так что эта бочка ему ни туда, ни сюда.
— Ни то, ни сё, — добавила и Мара, подойдя к ним.
К этому моменту Малой выпил семнадцать бочек, три канистры, два десятка бутылей разных размеров, похрустел амфорами на зубах, закусывая ими вместе с содержимым. И огонь вокруг него стал действительно немного меньше.
Но Малой упрямо повторил:
— Пить!
Конферансье посмотрел на судей, те пожали плечами. А Малой пошёл по следу из бутылок, бочек и иной тары сначала к краю площади, потом прошёлся вдоль улицы, по пути выпивая всё, что находил в состоянии жидкости. А по итогу остановился он лишь у мутной реки, куда зашёл по шею и снова начал пить.
Все собравшиеся вокруг него полубесы-участники только рты поразевали. Судьи подняли белые флажки, единогласно определяя победителя.
Малой перебил их всех!
Вокруг него уже образовался водоворот, а он всё пил и пил, пока вокруг него шипела река. Вместе с тем пропал и весь огонь вокруг Малого, уже не витая ни над головой, ни стелясь по земле. Даже искры и те пропали.
Вскоре обмелела и сама река! Но лишь когда от реки осталось одно воспоминание, (как и от некогда огненной реки Сефирота), Малой с довольным видом похлопал себя по пузику и уселся передохнуть прямо посреди обмелевшего русла.
— Попил! — донёс он остолбеневшей публике, которая вся как один перебежала с площади к берегу.
Следом к победителю по влажному руслу подошли судьи и предложили выбрать приз. Уверенно отказавшись от доспехов и прочей защиты, победитель с уверенным видом ткнул на книгу в руках одного из судей.
— Это! — потребовал он, не желая ничего больше слушать и судье ничего не оставалось делать, как вручить ему чёрную книгу, которая постоянно зевала и предлагала «передохнуть, пока они тут все не передохли».
Даймон первый понял, что книга ему знакома. Демонёнок тут же воскликнул:
