— …где я помогаю студенткам с тем, с чем должны были бы помочь вы, — продолжила Рина безжалостно. — Разобраться в себе, чтобы стать полноценными членами общества. А что делаете вы, Динара?.. Разбазариваете фонд на личные нужды, а учите основам начальной школы? Остается сказать «браво». Вы ведь покажете сержанту бухгалтерию Академии? Все равно делать нечего, пока мы ждем следователя…
Сержант наконец пришел в себя, вытащил из кармана удостоверение и вложил в ладонь Рины. Она раскрыла корешок, а в глазах плыло так, что девушка даже не могла прочесть имя. Зачем она старается? В конце концов, чего стоит эта паршивая жизнь?.. Рина сдвинула брови. Хотя бы конца более славного, чем смерть в тюрьме или казни. Мало ли, в этом безумном мире возможно все. Она захлопнула удостоверение.
— Его ведь и подделать можно, — похлопала корешком по ладони задумчиво. — Но так и быть, примем за рабочую гипотезу. Итак, у вас есть ордер? Могу я посмотреть?
— Ордер… — пролепетал сержант.
— Без ордера вы не имеете права меня задерживать, верно? Что у вас там? Видео?
— Определять умеют только Светочи, — проронила Динара.
— Так типирование — криминальное правонарушение? — подняла Рина брови. — И они — главные преступники? Это вы хотите сказать, Динара?..
Директриса смешалась. Рина и не подозревала, что в ней столько харизмы и желчи. Вывернуться наизнанку, но выйти из ворот Академии своими ногами.
— Ну, если ставить вопрос так…
— Господин Амир уличает вас… — начал сержант после того, как прапорщик подскочил к нему в два шага и что-то нашептал на ухо, — … в краже артефакта.
— Какого артефакта? — уточнила Рина, прикладывая палец к подбородку. — Я мало о них знаю, сержант. Вот о господине Амире, как вы его назвали, — куда больше. Во-первых, его имя — Иклиль, а не Амир, вы знали? А что по поводу его профессии? Надеюсь, вы не настолько безалаберны, что не проверили такой простой факт? Что, если я заявлю, что он один из тех, кто похитил артефакт?
— А господин Сухаревский… — начала Динара, облизывая губы.
— Вижу, вам очень хочется меня засадить, — усмехнулась Рина, невозмутимо опираясь о спинку стула. Колени начинали дрожать ощутимее. — Еще бы. Ведь я могу лишить вас рабочего места.
В дверь постучали. Просунулась голова Рамиля.
— Тут… — начал дворник, поглядывая на немую сцену, — позвонил господин Антон Сухаревский… Он сказал, что машина нашлась, просил не беспокоиться…
Динара проглотила язык. У Рины внутри все опустилось и всколыхнулось: Зеленый таки вернул внедорожник. Как это мило.
— …И сказал, что подвезет вещи для Рины, которые она оставила в багажнике, — добавил Рамиль, и посмотрел на Рину с улыбкой. Хорошей. Доброй. Друг.
Рина сглотнула и кивнула. Посмотрела на сержанта.
— Я могу идти, не так ли?
Прапорщик снова зашептал что-то сержанту.
— А как же попытка взлома доступа на учебном компьютере? — ухватился за последнюю соломинку сержант.
— Любопытство — плохо, конечно… Но, вроде бы, это еще не грех. На вашем месте я бы поставила защиту посильнее, Динара. Я почти с первой попытки обошла ее. Девочки довольно любопытные, кто знает, что может случиться, если они доберутся до секретных материалов.
Рамиль придержал дверь перед Риной.
— Но ее нет в базах… — бормотал сержант.
— Скоро приедет следователь, он разберется, — похлопал по плечу сотоварища прапорщик.
Динара скрежетала зубами. А Рина думала, сколько же у нее времени до приезда следователя, и чем это обернется.
— Не беспокойтесь, Рина, — шепнул Рамиль. — Я на вашей стороне.
Он даже начал обращаться на «вы»?.. Рина покосилась на дворника-наследника. Что он задумал?
— Не хотите чаю? — прищурился он.
Рина оценила свои шансы. Дворник — личность загадочная, но и на открытый конфликт с властью не пойдет. Решил, что она таки агент? Зачем ей к нему на чай? И все же, лучше быть рядом с ним, чем одной. Одна она сейчас сойдет с ума, а в компании опасного противника продержится в тонусе.
— Только давайте заглянем в кладовку, — попросила Рина. — Приоденусь, а то холодно вечерами в платье.
Рамиль лишь отпустил лишний взгляд ее едва зажившим коленям.
* * *
* * *
В комнатке Рамиля было, как всегда, тепло и уютно. Этот человек точно знал, как следует жить жизнь. Что в ней важное, а что лишнее и не стоит беспокойств. Книги, мягкий свет, удобные кресла, окно в темный сад и стена, встречающая ветер с моря. Хороший чай и пушистые тапочки для гостей. Рина откинула голову на спинку кресла и прикрыла глаза. Старые джинсы выглядывали из-под короткого платья и толстовки Карталя, а через плечо висела все та же итальянская красная сумка. И только тапочки вместо тонких туфлей. Но если Антон действительно привезет ее вещи, то… как она будет с ними скрываться от властей?.. Хотелось выкинуть эти мысли из головы. Почему она должна?..
Одинокая слеза попыталась выползти из уголка глаза, но не справилась с внутренней стеной. Иногда Рине жутко хотелось заплакать, но жизнь не позволяла… Жизнь и этот противный внутренний логик. От слез только сопли и больная голова.
— Ваш молочный улун, — сказал Рамиль, протягивая чашку.
