Бандитов качественно зафиксировал. Свел несколько стволов кустарника вместе, и подвесил оглушенных противников ногами вверх, так, чтобы до земли оставалось небольшое расстояние. Тяжело было выполнять эту работу, но я справился. Не убегут однозначно и не освободятся, стволы кустарника прочные, тем более в таком положении кровь приливает к голове, вызывая головокружение. Если даже очнуться, то кроме негромкого мычания у них ничего не выйдет. Теперь надо бежать к Софи успокоить и рассказать о своем выходе, определить дальнейшие шаги.
Софи нашел в схроне, подробно ей пересказал информацию, полученную от Севера, умолчал о нашем с ним давнем знакомстве.
— И ты намерен поверить бандиту? — изумилась Софи.
— Ни в коем случае. Я никому не намерен верить, и никому не намерен отдавать свою любимую девушку. Ты моя и больше ничья. Я до последнего вздоха буду тебя защищать и если кто-то попытается до тебя дотронуться, то он сможет это сделать, лишь переступив через мой труп.
— Тогда ты убьешь бандитов?
— Нет. Я оставлю их на острове, пусть живут, пока смогут, — заверил я любимую. Не говорить же ей, что бандиты не проживут долго, кровоизлияние в мозг им обеспечено в скором времени.
— А что мы будем делать? — удивленно спросила девушка.
— Собираться в дальнее путешествие. Соберем продовольственные запасы. Свернем плот. Погрузимся на яхту и отправимся на Юнону.
— Зачем?
— Нужно, дорогая моя Софи, платить по счетам. Твоя мачеха отдала бандитам приказ меня убить и, полагаю, тебя тоже прибили бы после активной обработки и подписания всех документов. Если мачеха прихватила с собой секретаря, то документы однозначно при нем. Ну, нельзя же их так просто оставлять безнаказанными.
— Тогда давай их утопим.
— Документы?
— Нет, мачеху и ее секретаря.
— Ух, ты моя кровожадненькая, — поцеловал я Софи в щеку. — Никого мы топить не будем, Мы, если получится, возьмем их живьем и вытрясем всю информацию. С бандитами придется повозиться, тех не жалко, и они не являются ценными источниками сведений. Ладно, давай собираться.
Вроде бы не так давно на острове, и лишних вещей, кроме необходимого не брали в самолет, а мне пришлось к лодке, которую я спустил на воду, делать пять рейсов. Последним заходом перетащил спасательный плот. Раньше он мне казался более легким. Однозначно, не всю воду удалось слить из емкостей, вот она и добавила весу.
Также загрузил в лодку все оружие бандитов. Пять видавших виды автоматов АКМ с пятидесятью снаряженными магазинами. Присвоил все найденные ножи, аж девять штук, один самодельный с наборной ручкой, но хорошо сбалансированный. Изрядно потертый, почти до схода воронения пистолет ТТ, который я снял с Мишки, повесил себе на пояс в потрепанной кобуре. Патронов к пистолету было мало, всего два магазина. Перерыл все рюкзаки бандитов — пусто.
Еще раз проверил лагерь, в котором мы провели почти три недели, ничего не оставили, и то хорошо.
Софи сидела в лодке, а я решил проверить визитеров. Что сказать, останутся они на этом острове навечно, и некоторое время в целости, а потом природа и жаркое солнце сделают свое дело. Меня можно обвинить в жестокости, но я защищался и защищал любимую. Бандитов я не убивал, просто оставил в незавидном положении.
Когда окончательно рассвело, примерно в двухстах метрах от южной оконечности острова мы увидели яхту. «Анастасия» стояла на якоре, покачивалась на легкой зыби. От радости одновременно закричали.
Я оттолкнул лодку подальше от берега и запустил мотор, грести веслами долго. Мы хотели побыстрее убраться от этого места, особенно торопила меня Софи, она боялась, что бандиты развяжутся и попытаются нам помешать. Никто нам не помешает, из ада на этот остров выбраться невозможно.
Пришвартовавшись к борту яхты, я громко позвал Сергея, ведь он штурман. Тишина. Никто не ответил. Спит, подумал я. Помог Софи взобраться на борт и пошел к рубке, узнать, как там штурман.
Одного взгляда было достаточно. Штурман мне ответить не мог, висел сломанной куклой на двери. Какой-то идиот, свернул несчастному шею, это я установил, осмотрев тело.
Софи, закрыв ладошкой рот, пыталась кричать, но видно спазм перехватил горло. Отправил любимую в хозяйскую каюту, а сам, освободив от наручников тело штурмана, перенес его в холодильник-рефрижератор, он на яхте огромный. Похороним на Юноне, хотя по морскому обычаю, моряков хоронят в море. А, не буду заморачиваться на эту тему, сделаю, как решил.
Человек все же очень нежное существо и к комфорту привыкает очень быстро. Когда попадает в не совсем обычные условия, адаптируется к изменениям, но все равно мечтает об утраченном. Мы с Софи не исключение. Дорвались до благ цивилизации и забыли обо всем на свете.
Я запустил один дизель, включил опреснительную установку, а затем подключил бойлер.
