— Интересно. — На лице Лисова явственно отразилось недоверие. — Документы
посмотреть можно?
Нет, его явно не радовало наше прибытие. Боюсь, если бы у меня не было под рукой папки с бумагами, подтверждавшими наши полномочия — по уверениям Чуда-юда, абсолютно подлинными, — мой тезка мог бы, опираясь на авторитет «сайги», приказать нам лечь на снег, а если б мы не подчинились, то уложил бы.
Когда я подал ему эту папку, он уселся на свой «Буран» боком к рулю, положил на колени карабин и внимательно проглядел бумаги. Потом, видимо, убедившись, что все в порядке, вернул мне папку.
— Получите, Дмитрий Сергеевич. Как я понял, вы у меня на заимке хотите базу устроить? Не больно это хорошее дело. Вы мне тут, по соседству, одним своим духом все зверье разгоните. А техника грохотом бед наделает.
— Ее еще завести надо, — проворчал Богдан.
— Понятно, — сказал хозяин тайги. — Совсем плохо, товарищи ученые. Не хотят вас тут видеть. Не с добром пришли.
— Поясните, пожалуйста, — произнес я, постаравшись придать голосу максимально интеллигентное звучание.
— А это, дорогой товарищ или господин, так просто не поясняется. Есть такая примета, что если у того, кто сюда пришел, техника не заводится — мотор лодочный, снегоход или даже вертолет, то это от какого-то зла, которое вы в себе несете. Может, против меня чего-то задумали, а может — против реки, леса, зверья или другой экологии. Или, допустим, чего-нибудь врете. Например, насчет того, кто вы такие и зачем сюда прилетели. Потому что финансовое положение той самой конторы, которая вас вроде бы среди зимы отрядила в экспедицию, мне хорошо известно. В трубе они. И спонсора им взять негде. Стало быть, и денег на посылку дополнительного отряда с арендой вертолета у них тоже нет. А бумаги — это фигня. Здесь не Москва, адрес простой: речка Порченая, заимка Лисовых. Тут сама природа все читает и крутить-вертеть собой не дает. Пока не скажете, не поедете, да еще и пешком не дойдете.
Все подчиненные, даже Валет и Ваня, смотрели на меня. Ждали чего-то решительного, наверное. Хотя, как и я, прекрасно понимали ситуацию. В том смысле, что с господином Лисовым вышел полный облом. Конечно, можно попробовать его замочить, хотя без потерь это сделать не удастся. Оружие сейчас держит готовым к бою только он один, и хрен позволит кому-то другому так просто вытащить его, тем более, что у большинства оно лежит в упакованном виде. У меня есть пистолет под курткой, но не успею, точно не успею… Нет, пожалуй, все-таки лучше пока избегать силовых решений.
— В общем, как я понял, товарищ Лисов, — беззаботным тоном сказал я, — с вами надо говорить откровенно и честно. Тогда я должен вам сообщить, что мы действительно из Москвы, но не геофизики. Наши документы — прежде всего для того, чтобы местная власть особенно не волновалась, чтобы в прессе не было ажиотажа и так далее. Потому что мы занимаемся изучением НЛО. И у нас есть точные сведения, что здесь, в том месте, которое называется «Котловина», в августе 1936 года погиб инопланетный космический корабль, от которого осталось немало обломков.
— Вот это уже похоже на дело. — Дмитрий Петрович подобрел. — Хоть и не всю правду, но правду. Раз так, можете заводить «Бураны». Пойдут…
В общем-то, как уверяли Чудо-юдо разные инстанции, при нормальном нашем поведении Лисов может быть сговорчивым и приличным человеком. Его так и так требовалось посвящать в задачу экспедиции, хотя первоначально это планировалось сделать позже. Сначала надо было поболтать на всяческие темы, потом подойти к вопросу о загадках НЛО, показать Лисову фильм, снятый Кулеминым, с участием Парамона Лукича, расстрогать. А тут все оказалось проще и быстрее.
— Заводи, заводи! — почти с улыбкой подбодрил мой сибирский тезка. — Заработают!
Борис и Глеб, поглядев на меня, на Лисова и друг на друга, попробовали. Снегоходы завелись, как говорится, с пол-оборота. Богдан невнятно произнес еще пару матерных слов и уселся за спину Бориса. Ваня с Валеркой устроились на нартах, а я занял место на «Буране» Глеба.
— Давай за мной в след! — перекрикивая рев трех моторов, скомандовал Дмитрий Петрович, развернул свой снегоход и направил его вниз по закованной в лед реке Порченой. — Держись, механизмы столичные!
Пятьсот метров на снегоходе, даже по льду извилистой речки — дистанция совсем маленькая. Два-три поворота сделали — и на месте. Честно говоря, мне подумалось, что Лисов блефовал, когда пугал нас тем, что мы пешком эти 500 метров не смогли бы пройти. Даже с учетом того, что пришлось бы тянуть за собой нарты и «Бураны», дошли бы за полчаса. Хотя, конечно, Лисову виднее, он тутошний, а мы нет. Мало ли какая чертовщина бывает в пору ослабления диалектико-материалистического учения!