Тут произошло странное. Время еще более замедлилось. Тетечка, что содрогалась от невиданной боли, нанизанная на ноготь кондуктора, остановилась. Костя увидел время - оно было густым и неравномерным, структурированным. У него возникло ощущение, что все это он уже знал - когда-то давно, быть может, в другой жизни. Окна в тот момент прояснились, и там уже не было тьмы. Он увидел станцию - и на ней - множество людей. Но это были и люди, и не люди. У одних были лишние части тела, у других лица были перекошены какими-то уродливыми рудиментами. Само здание станции было дополнено барельефом в виде острых клыков, а на фронтоне красовалась ужасная морда.
Небо было красноватым, и на краю его - насколько позволял вид из окна - была видна какая-та иная Луна. Она также была красновато-рыжей, напоминающей Марс на небольшом удалении.
Сам поселок, где находилась станция был небольшой. Дальше были холмы - обыкновенные, хотя и немного красоватые, с ощущением нездоровой бесконечности.
Кондуктор же вынул из кармана пиджака какую-то бумажку и ухмыльнулся:
-Вот мой билетик, - хохотнул он.
-Хорошо, - ответил Костя.
Билет был черный. С чудовищным зубасто-клыкастым гербом. Дальше шло несколько рядов красных иероглифов. Костя тут понял, что он понимает, что там написано. Он вопросительно посмотрел в глаза кондуктору.
-Что не так? - взвизгнул кондуктор.
-А где отметка компостера? - спросил Костя.
-Компостеры отменили, - ответил адский кондуктор обиженно.
-Да, я забыл, - сообразил Костя.
За окном было видно движение. Уродливые люди шли к вагонам, чтобы сесть в поезд.
-Двери, - догадался Костя, - двери.
И в этот момент время встало на место. Вагон залился шумом, криками, суетой. Костя попятился назад, натолкнулся на кого-то спиной. К нему вернулся прежний животный ужас. Кондуктор, таща за собой жертву, добрался до столика, за котором сидел камрад Буффало.
-А ваш билетик? - спросил он.
Насекомое, сидевшее в одной из дыр его лица, соскочило на стол прямо перед камрадом и злобно затрещало.
Камрад икнул. Он не мог произнести ни слова.
-Нет билетика, - заключил кондуктор.
Насекомое подтвердило этот факт яростным треском.
И тут произошло самое ужасное. Кондуктор подскочил к камраду, схватил его одной рукой за голову. В другой - появился консервный нож. Он ткнул им в голову Виталика и принялся вскрывать его череп.
-А-а-а-а, - тихо простонал тот.
Вскрытие произошло необыкновенно быстро. Кондуктор отбросил крышку в сторону. Виталик моргал, ничего не понимая.
-А теперь будем есть, - заявил кондуктор.
Он вынул большую блестящую ложку, готовясь запустить ее в мозги камраду.
Виталик поднял глаза - большие, круглые, налитые болью. Он попытался встать, но у него ничего не вышло. Мозги в его открытой голове дышали и колыхались, напоминая некий экзотический фрукт.
-Нет билетика, - сказал кондуктор.
Камраж Буффало сжал кулаки - он точно пытался собрать воедино всю волю, чтобы бежать, но что-то сковывало его. Кондуктор посмотрел к глаза Косте и ухмыльнулся, и тот почувствовал сигнал - и тоже улыбнулся. Ему было одновременно и страшно, и почему-то - весело. Некая сила заставляла его радоваться.
-Начем-с - сказал кондуктор и зачерпнул виталикиных мозгов.
Глаза камрада стали еще шире, но он не закричал - видимо, что-то мешало. Кондуктор открыл рот и съел первую ложку.
-Недурно, - сказал он, - но соли не хватает?
Свободной рукой он достал из кармана солонку.
-А еще и перец! У тебя есть перец?
Костя пожал плечами.
-А у меня есть. Но за ним надо идти в купе? Сходишь?
Костя вздрогнул.
-Вместе тогда поедим…. А….
Он зачерпнул еще мозгов - белая масса свисала с ложки. Камрада кричал без звука. Видимо, его голос улетал куда-то еще, и там летел, сотрясая пространство. Костя стоял как вкопанный. Все его естесство было пропитано жаром - смесью из животного ужаса и навязанной, впрыснутой в душу, радости.
-Вкусно, - чамкая сказал адский кондуктор.
Жертва, висевшая на его третьей руке, продолжала кричать и трепыхаться. Давка у дверей в тамбур продолжалась. Казалось, что там кто-то застрал. Во всяком случае, никакого движения вперед и не наблюдалось. По вагону распространялось чуство обреченности. Хуже того, все те ужасные, непонятные жители, которые собирались войти в вагоны, были ни чем не лучше адского кондуктора.
Нужно было что-то делать.
Но что?
Костя стоял, как вкопанный, наблюдая над расправой: поедание мозга продолжалось. Камрад Буффало был уже обречен. Но он еще жил. Его руки куда-то тянулись. Он искал помощи, которой не предвиделось. Кондуктор показательно чавкал, показывая, как ему хорошо. Насекомое, то самое, что жило у него в теле - в отверстии в лице - кружилось над ложкой. Когда хозяин его отогнал, оно сделало круг и приземлилось внутрь черепа. Виталик застоновал. Оно начало жрать. Оно жужжало.
-Нужно носить билетики с собой, - сказал кондуктор.
Внезапно у Кости сильно закружилась голова. Вагон два раза перевернулся вокруг своей оси. Он едва не упал.
-Вот у меня билетик есть, есть, - продолжил кондуктор.
Головокружение усилилось.
-Когда мы едим, мы запиваем……
В руке кондуктора появилась кружка.
