Когда они, нагулявшись, пришли домой, в темноту уже понемногу подливало жидкого света. Тающая, оплывающая картина была видна во дворе: серая слякоть, среднее между снегом и водой, серые ледяные дорожки и горсти песка на них, капли на ветках.
Ближе к середине дня Аня и Стеша снова вышли гулять. У Ани была идея, которую она вычитала в интернете: раскрасить снеговиков. Чтобы получился разноцветный снеговик, надо просто слепить снеговика, а потом из пульверизаторов раскрасить разбавленной гуашью. Аня положила в бутылки с водой гуашь, взяла с собой пульверизатор, и они со Стешей пошли.
Всё получилось. Снег в сквере отлично лепился. Он был совсем на грани воды, почти тёк из рук. Стеша валялась в снегу, медленно шевеля руками и поднимая к близкому сумрачному небу ноги в финских сапожках. Аня стала складывать маленьких снеговиков. Каждый из них состоял из трёх снежков размером ровно с Анины ладони. Стеша с опаской смотрела, как на пригорке вырастает армия маленьких трехчастных созданий. Потом подошла и принесла неровный снежок. Аня приставила его к двум другим.
– Теперь раскрашивать, – сказала Аня.
Стеша попятилась. Аня надела пульверизатор на бутылку с оранжевой гуашью и брызнула. Снеговичок окрасился в ярко-оранжевый цвет, и снег за ним тоже стал оранжевым, как будто это была его тень.
– Ой, а так можно? – спросила Стеша, прикрывая рот варежкой.
– А почему нельзя?
– Ну… краской… прямо тут, на улице. Мы не нарушаем? – опасливо переспросила Стеша, глядя по сторонам и на небо.
– Нет, – сказала Аня и брызнула зелёной краской.
Другой снеговичок стал зелёным.
Стеша отошла в сторонку. На снегу лежали выклеванные ягоды неведомого дерева, слишком большие, чтобы быть глазами для их снеговиков. Но Стеша всё-таки собрала эти ягоды и принялась, пыхтя, вставлять их в снежные головёнки.
Так и пошло: Аня брызгала, Стеша вставляла ягоды. Сама Стеша нажала на пульверизатор только пару раз, с большой опаской, скорее из уважения к маме. Цветные снеговики казались ей слишком великолепными, а брызгая краской на настоящий уличный снег, они как будто делали нечто запретное. Но раз это делала и позволяла сама мама, то следовало присоединиться, хоть и было боязно. Снежный пригорок вокруг них тоже был обрызган гуашью всех цветов. Оранжево-сине-зелёные снеговички с огромными, тяжёлыми, крупными глазами из коричневых выклеванных ягод стояли стайкой, подтаивая.
Аня в детстве тоже не нарушала запреты
ей бы никогда в голову не пришло их нарушить
она была удобным ребёнком
и её никто не замечал
тогда было так принято
так поступали со всеми детьми (или почти)
и это считалось хорошим воспитанием
плохим считалось, если на детей было совсем плевать
даже когда они вели себя плохо
и делали что хотели
вот, например, как Гришка
это был стрёмный мальчик из плохой семьи
ему было только шесть, а он всё время
подбирал бычки и норовил покурить
ещё он жёг в оврагах сухую траву
семья у Гришки была тоже стрёмная
мамка выпивала
бабка Зоя тоже пила и была такая сварливая
что Аня иногда удивлялась
откуда в такой сравнительно тощей бабке
берётся столько злости
бабка била даже коз
на огороде у неё рос только зелёный лук
шесть грядок
руки у неё были синие и похожие
на перекрученные жгуты
ими она драла Гришку за уши
а его сестёр Зинку и Любку за тощие белёсые хвосты
мелкого пацана Борьку она не драла
тот был ещё чересчур мал
этого сопливого пупса Зинка и Любка таскали за собой по деревне
переставляя, как кеглю, и не давая ему удрать
Аня с Гришкой дружила
вернее как: не то чтобы всерьёз дружила
дело не в том
просто Гришка всегда находился на улице
даже в такое время
когда все его дружки сидели по домам
и ему было скучно
поэтому они с Аней иногда качались
на пустыре за школой
на железной качалке
и Гришка, таинственно понижая голос,
учил Аню всяким стишкам
на горе стоит статуя, у статуи нету…
ты не порти мой рассказ, у статуи нету глаз
и Гришка мерзко ухмылялся и сплёвывал в пыль
папизде, папизде, папе сделали укол
прямо в ху, прямо в ху, прямо в худенькую ляжку
Гришка был в драных сандалиях на босу ногу
Аня наблюдала за ним с большим интересом
Гришка не пугал её
шёл я как-то через мост, глядь, ворона сохнет
взял ворону я за хвост
положил её на мост
пусть ворона мокнет
шёл опять я через мост
глядь – ворона мокнет…
однажды они сидели вместе на сарае
Гришка вытащил из кармана бычки
и стал курить
Аня, которой тоже было шесть
предложила Гришке отучиться от курения
курить очень вредно, – убеждала она
моя мама отвыкла от курения
и стала сосать мятные конфетки
хочешь, я тебе их принесу?
у нас в буфете их столько
Гришка, конечно, хотел
Аня притаранила ему десяток мятных конфеток
Гришка их схрупал, но от курения не отказался
ему просто хотелось мятных конфеток
когда во двор выходили Гришкины сёстры или Гришкины друзья
когда во дворе был хотя бы кто-нибудь ещё
Гришка с Аней, конечно, не общался
и Аня на это не обижалась
в Гришкиной сестре Зинке
было не меньше зловредности, чем в бабе Зое
а может, и больше
она ненавидела Аню
впрочем, Аню никто из детей не любил
неизвестно почему
никто никогда не знает, за что бывает ненависть
по мнению взрослых,
