Он снова посмотрел на Маккензи, хранившего ту же улыбку на лице, что и остальные «партнеры».
Конечно, подумал Кевин. Конечно.
— Как же я не предусмотрел, — рассмеялся он. — Я должен был это предвидеть. Какая глупость. Я был совершенным глупцом, не так ли? Да? — обратился он к Маккензи.
Тот забросил ногу на ногу и обернулся к судье в поисках поддержки.
— Мистер Тейлор? — повысил голос судья.
— Ваша честь, — откликнулся Кевин, приближаясь к месту свидетеля и грозно тряся пальцем. — Мистер Маккензи является частью этого… заговора. И недаром он проигрывает все дела, за которые берется фирма «Джон Милтон и партнеры».
Ланген вскочил:
— Протестую, Ваша честь.
— Протест принят. Мистер Тейлор, я вас предупреждал. Говорите по существу. А все остальное оставьте для последнего слова обвиняемого.
Кевин оглянулся на присяжных. Там его встретили по большей части растерянные и непонимающие лица. Некоторые смотрели на него с нескрываемой неприязнью. Он склонил голову. Волна непонимания обрушилась на него, точно океанский вал. Отец Винсент, священник… Он его последняя надежда.
Кевин вызвал отца Винсента.
Маленький человек выглядел необычно — в двубортном костюме и при галстуке. Теперь он более походил на психиатра, и менее всего — на священника.
— Отец Винсент, расскажите суду суть нашей беседы о Джоне Милтоне.
— Боюсь, что тем самым я буду вынужден открыть медицинскую тайну.
— Тайну священника, вы хотите сказать.
Отец Винсент развел руками, вежливо улыбаясь и давая понять, что на суде он выступает исключительно в роли психиатра.
— В любом случае вы можете смело говорить обо всем.
Отец Винсент вопросительно посмотрел на судью.
— Вы имеете право отказаться, конечно…
— В таком случае, — боднул головой воздух маленький священник. — Я расскажу — если мой пациент ничего не имеет против. — Он обернулся к присяжным. — Мистера Тейлора переадресовал ко мне Боб Маккензи. Достаточно было первого собеседования, чтобы понять, в каком смятении и расстройстве чувств находится пациент. Он открыл мне свое желание расправиться с мистером Милтоном за то, что тот якобы соблазнил его жену. И при этом мотивировал все тем, что на самом деле его оппонент является олицетворением зла. Самим дьяволом во плоти.
Я пытался воззвать к здравому рассудку и объяснить, что с ним происходит на самом деле.
Я надеялся, что он справится со своим гневом и подозрениями. Но для этого нужны были время и новые посещения психиатра.
Но уже в эту ночь мистер Тейлор позвонил мне домой. Известив, что он совершил убийство. Он находился в истерическом состоянии, но, по моему мнению, вполне отдавал себе отчет в происходящем.
— Оставьте психиатрические заключения при себе, — перебил его Кевин. — Я вызвал вас в суд в роли священника, эксперта по оккультизму и дьяволу. Вы же не станете отрицать, что занимаетесь исследованиями в этой сфере. Вы проводите научные исследования?
— Научные исследования по дьяволу? Едва ли такое возможно.
— Но… разве не вы давали мне Библию, для того чтобы проверить, не является ли мистер Милтон дьяволом во плоти?
Отец Винсент только усмехнулся в ответ.
— Разве не вы вручили мне распятие, чтобы заколоть его?
Смерив его взглядом, отец Винсент снова повернулся к присяжным.
— Конечно же, нет. Все эти заявления представляются мне столь же фантастическими, как и вам.
— Даже священник! — вскричал Кевин, вздымая руки к потолку. — Даже священнослужители — с ним. Вы тоже один из его сыновей не так ли? Признавайся, отродье! И вы, все? — он обернулся, обводя взором судейство, присяжных, зал.
— Мистер Тейлор, — окликнул его судья, поднимая молоток.
Кевин обернулся к нему, ткнув пальцем:
— И ты! Все вы. Разве вы не видите, он поработил вас всех. Все они, — выкрикнул он присяжным, — его сыновья.
Наконец двоим судебным исполнителям пришлось его унять, чтобы обвинение в свою очередь могло приступить к допросу отца Винсента. Ланген предъявил ему толстый кожаный том.
— Это та самая Библия, найденная у ног Джона Милтона. Вы уже свидетельствовали, что не передавали ее мистеру Тейлору с целью проведения этого шаманского испытания, не так ли?
— Да.
Ланген раскрыл Библию.
— Не будете ли столь добры прочитать, что здесь написано? — Он передал книгу отцу Винсенту.
— «Джону». Дарственная надпись. «Да успокоит тебя эта книга в трудную минуту. Ваш друг кардинал Томас».
— Вот видите, забавное совпадение имени жертвы — и только, — саркастически заметил Ланген, положив Библию на стол вещественных доказательств.
Больше свидетелей у Кевина не было, и ему совершенно нечего было выставить в свою защиту. Но обвинение продолжило опрос, вызвав Пола Сколфилда, Дейва Коутейна и Теда Маккарти. Все они подтвердили, что видели это распятие в спальне Джона Милтона и что оно всегда висело там над изголовьем, с самого начала. Он приобрел его во время поездки в Европу, и ему чрезвычайно понравилась эта вещь.
— Таким образом, — заключил Ланген, — как мы видим, участие в этом деле отца Винсента исключено. Он никогда не давал Кевину Тейлору в руки этого оружия для истребления пресловутого «дьявола».
