— Узнайте, как они это сделали, — приказал Волков, направляясь к своему столу. — Если тут какая-то схема или замешан кто-то из персонала, я хочу это знать. Если просто считали карты, то сломайте им руки и вышвырните их из моего отеля. И следите за этим дебилом. Если вскроется, что он с ними заодно…
— Конечно, ваше благородие, — кивнул здоровяк, очевидно, сразу же поняв, что потребуется от него сделать.
— И сделайте так, чтобы они на выходе дверь своей башкой открыли, — добавил Волков.
— Разумеется, ваше благородие, — добавил начальник охраны таким тоном, будто подобная опция сама собой подразумевала это. — Сделаем в лучшем виде.
Пара секунд, и мы остались в кабинете в одиночестве.
— Я смотрю, работа у тебя кипит, да?
— Ой, хоть ты не начинай, — скривился он. — Казино при отеле — один из моих главных источников дохода в данный момент. И мне нужно, чтобы эти идиоты проигрывали.
— Казино всегда в выигрыше, — хмыкнул я, на что он закатил глаза.
— Обойдёмся без чтения морали, — отмахнулся Волков и, сев за свой стол, принялся перебирать лежащие на нём бумаги. — Я зарабатываю как могу. Не я же их тяну сюда приходить.
— Ну да, ты всего лишь следишь за тем, чтобы здесь оставались их деньги, — не удержался я от смешка, на что получил в ответ довольно характерный жест с оттопыренным средним пальцем.
— Слушай, ты по делу пришёл говорить или о моей совести? — зло спросил он в ответ, продолжая ставить подписи на одном листе за другим. — Других тем для разговора придумать не мог?
— Считай это моей заботой о моральном здоровье своего партнёра, — хмыкнул и уселся в одно из кресел, даже не думая спрашивать на то разрешение. — В конце концов, я зря, что ли, Смородина убеждал?
А это, на самом деле, оказалось не так уж легко.
Несмотря на то что я изначально не собирался просить у графа денег, тем не менее моя просьба всё-таки затрагивала финансовый вопрос. Да и сам Волков оказался не особенно рад тому, что кто-то влезет в его дела.
Но, как говорится, когда припекло, то можно и станцевать. Всяко лучше, чем голодная смерть в канаве.
В конце концов, после продолжительного разговора мне удалось устроить встречу буквально на следующий день. Я, Волков и Смородин собрались здесь же, в этом самом кабинете, после чего последовали весьма напряжённые переговоры, в результате коих все пришли к взаимовыгодному соглашению.
По его итогам Волков получит значительное вливание денег в оставшийся у него бизнес, что позволит выдержать текущий сложный период и ещё останется. Смородин же получит десять процентов от будущей выручки. Сначала он настаивал на двадцати и возможности контролировать будущее развитие отелей, но Волков упёрся. В ходе весьма оживленных переговоров мне удалось убедить его уменьшить аппетиты.
Помимо этого мне пришлось самому попросить Смородина об услуге. Имеющий весьма широкое влияние в банковской сфере граф выслушал меня внимательно. А когда я сообщил о причинах, которые побудили меня попросить его о помощи, и вовсе согласился оказать мне эту услугу безвозмездно.
На резонный вопрос почему, ответил, что его уже несколько утомил тот факт, что в последнее десять лет в столице верховодят одни и те же самые фамилии.
Что же, это мы можем понять. Смородин, как, несомненно и многие другие, устал от текущей ситуации, в которой в городе заправляли Голицыны, Лазаревы и остальные к ним приближённые аристократические семьи.
И ведь это интересно! Раньше я почему-то и не задумывался, что тут может существовать какое-то деление на подобного рода фракции или, допустим, коалиции. А ведь подобное весьма логично. Всё равно, что монополия. Объединись, выдави конкурентов и диктуй свои условия. Чем не действенная стратегия? Какой-то феодал-капитализм, ей богу.
В общем, Смородин только рад был сунуть им полено в колёса. Но в то же самое время очень и очень не хотел открыто выступать против них. По этой причине он отказал, когда я изначально планировал решить всё без участия Волкова. О том, чтобы сделать всё самому, и вовсе речи не шло. Не те у меня ресурсы.
В любом случае, пока всё шло по плану. Ну или мне так казалось, что тоже, в общем-то, не так уж и плохо.
— Судебное заседание завтра, — сказал я. — Всё готово?
— Почти, — кивнул Волков, даже не посмотрев на меня. Он поставил последнюю подпись на листе и наконец позволил себе расслабиться, с видимым удовольствием откинувшись на спинку своего кресла.
— Почти? — уточнил я.
— Да, — явно удерживаясь от того, чтобы не огрызнуться, ответил он. — Почти. А чего ты от меня хочешь⁈ Ты сам настаивал на том, чтобы провернуть все так, чтобы никто этого не заметил!
— Я помню. Но рассчитывал, что всё будет готово к сегодняшнему вечеру…
— Скажи спасибо, что всё будет готово хотя бы завтра, — отмахнулся он. — Такие дела не делаются за три дня…
— Скажу, но не тебе, а Смородину, — покачал я головой. — Или ты забыл, что именно его связи с банкирами позволили это сделать? Или о том, кто дал тебе деньги?
Максим лишь поморщился и, закрыв покрасневшие глаза, принялся массировать их пальцами.
