А ведь забавно. Этот человек один из самых известных и, вероятнее всего, влиятельных аристократов в Империи. И сейчас он встаёт из-за стола, чтобы поприветствовать меня. Эх, тут постараться не зазнаться бы…
— Добрый день, ваше сиятельство. Простите, если отвлёк вас от дел, но…
Но Распутин лишь махнул рукой.
— Не беспокойся об этом, Александр, — тут же произнёс он. — Учитывая наши с тобой… взаимоотношения, с моей стороны было бы крайне невежливо отказать тебе во встрече. Тем более, что ты сказал, что причина важная, я прав?
— Да, — кивнул я. — В противном случае я бы не стал вас беспокоить.
— Что же, — Распутин указал в сторону отдельно стоящих в его кабинете дивана и пары кресел, явно предназначенных для гостей. — Присаживайся и рассказывай.
Приняв предложение, я сел на диван.
— Итак, — произнёс граф. — О чём ты хотел поговорить?
— Если честно, ваше сиятельство, то я хотел бы попросить вашей помощи, — признался я.
— Помощи? — Распутин нахмурился, а затем в его глазах загорелся огонёк понимания. — Я так понимаю, что помощь эта связана с моей, скажем так, профессиональной деятельностью, верно?
— Да, ваше сиятельство, — подтвердил я. — Это действительно так.
На то, чтобы рассказать о произошедшем в Конфедерации, у меня ушло не так уж и много времени. Буквально в пару минут уложился. Разумеется, я скрыл большую часть подробностей того, чем именно мы занимались. Всё-таки я никогда не был большим любителем рассказывать о своих предыдущих делах не имеющим к ним отношения людям. И какое бы положение ни занимал Распутин, это его не касалось.
— … И я надеюсь, что вы сможете ему помочь, — закончил я свой рассказ. — Врачи в Конфедерации сказали, что Молотов никогда не будет ходить, но…
Я лишь пожал плечами.
— Понимаю, о чём ты, — кивнул Распутин и задумался. — Где он сейчас?
— В частной клинике в центре города, — сказал я. — Врачи встретили нас сразу после посадки и забрали его для наблюдения. Но…
— Сообщи мне адрес, — мягко прервал меня Григорий. — Я распоряжусь, чтобы его сегодня перевезли в мою клинику, а там посмотрим. По твоему рассказу травмы серьёзные, но ничего такого, с чем бы я не смог бы справиться. Поставим твоего Молотова на ноги, так что не переживай.
— Спасибо вам, — искренне поблагодарил я его. Несмотря на то, что у нас с Распутиным отношения имели более-менее дружеский характер, я всё равно испытывал некоторые сомнения.
Нет, не потому, что не хотел помочь Молотову или же думал, что граф откажется. Как бы странно это не прозвучало, но внутренне я понимал, что он не откажется. Дело было в другом. Любые подобные услуги не оказываются безвозмездно.
Если ещё проще — я буду Распутину должен. И думаю, что он достаточно мудр, чтобы это понимать. Другое дело, как он всё это обставит.
И если я хотя бы немного понимаю, что он за человек, то, скорее всего, он сейчас…
— Александр, если позволишь, то у меня есть ответная просьба, — проговорил Распутин.
«Ласточка» в этот вечер была далека от определения «забита до отказа». Занята едва ли половина столиков. Места у бара и вовсе свободны. Хотя оно и не удивительно, наверное. Ведь вечер воскресенья, а завтра рабочий день, так-то! Хотя, если вспомнить, какой именно контингент был заядлыми посетителями бара, удивляться этому, вероятно, совсем не стоило.
Тут вообще порой такие типы появлялись, что порой диву даёшься, как их с такими мордами до сих пор не посадили. Если бы кому-то потребовалось вставить в толковый словарь визуальное изображение фразы «бандитская рожа», то некоторые из местных завсегдатаев подошли бы как нельзя лучше.
С другой стороны — это была хорошая возможность просто посидеть за столиком в зале, выпить и отдохнуть. И, что самое важное, сделать это в хорошей компании.
— Да быть такого не может! — воскликнула сидящая у меня на коленях Вика. — Оно туда не поместится!
— Ага, — Виктор весело фыркнул и глотнул пива из бутылки. — Конечно. Вика, поверь мне, ты даже не представляешь, насколько широко можно трактовать понятие «не поместится». Ребята рассказывали, что они оттуда такие штуки порой доставали, что…
— Фу-у-у-у-у, Виктор, ну зачем ты! — взмолилась сидящая напротив него за столиком Ксюша и со скорбным видом отложила в сторону недоеденный бургер. — Господи, ну дайте вы поесть уже. Я весь день ничего не ела…
— Не, не, не, — тут же влезла Вика. — Я хочу услышать, что там ещё было…
— Да господи боже! Вика! — вскинулась Ксюша. — Тебя, что? Ничего другого не интересует?
На это она лишь пожала плечами и улыбнулась.
— Всегда забавно узнать, насколько глубоки и порочны могут быть человеческие желания, — зловещим голосом продекларировала она.
— Угу, — фыркнула сестра. — Уж скорее человеческая тупость. Да ну вас. Весь аппетит мне испортили!
— Эй, я просто рассказываю случаи из практики, — развёл руками друг, на что сестра лишь глаза закатила.
— Конечно. Спасибо. Мне твоего прошлого рассказа про дорожный конус хватило. Фу. Мерзость…
Мы втроём залились хохотом, глядя на её печальную физиономию.
