Эта мысль обожгла его не хуже калёного железа, заставив зарычать от бессильной злобы. И даже ноющее от боли и разбитое лицо не беспокоило его в тот момент, как осознание того, что они не только не добились того, чего хотели, но ещё и чуть не проиграли! И из-за кого⁈ Из-за его поганого брата! Такая глупая ошибка!
— Ты разочаровываешь меня, Андрей, — мягким, но явно разочарованым голосом проговорил его отец, спокойно идя рядом с ним.
— Ты должен был дать мне убить его! — разбитыми губами прошипел он. — Я должен был сделать это!
Андрей всё ещё помнил тот момент, когда он лежал на полу, прикрываясь руками, а буквально избивающий его Александр вдруг застыл с занесённым для удара кулаком.
Это походило на какой-то сюрреалистичный и неправдоподобный сон, настолько невероятно всё это выглядело в тот момент. Но именно это и последовавший за этим приказ отца позволили им сбежать.
— Ты обязан был дать мне сделать это… — с ненавистью прошептал Андрей, таща на себе сестру по грязному техническому коридору.
Это было так легко сделать. Всего пара секунд! Он мог просто подобрать свой собственный нож, который валялся в нескольких метрах от них. Лишь одно единственное движение, и проблема его непутёвого брата исчезла бы навсегда.
Но отец запретил ему сделать это.
— Ещё слишком рано, — спокойно проговорил идущий рядом с ним Илья. — Мы ещё слишком многое должны сделать.
Как ни странно, но эти слова успокоили Андрея.
Они вышли из коридора. Андрей с трудом открыл одной рукой дверь и втащил сестру на себе в широкое помещение. Оно почти до самого верха оказалось заставлено высокими стеллажами, оставляя между собой лишь узкие проходы. Выбрав нужный, в конце которого находилась столь необходимая ему дверь, Андрей направился прямо к ней. За дверью был ещё один коридор, который приведёт его к грузовому лифту. Там его уже ждали и помогут исчезнуть из порта…
Почти что висящая на нём сестра вдруг встрепенулась.
— А… Андрей?
— Молчи, — приказал ей брат. — Мы скоро отсюда выберемся.
— П… прости, — с трудом прошептала она, и в её голосе брат услышал искреннее сожаление. Почти что мольбу. — Я правда… правда старалась. Очень старалась.
Он ничего не ответил, больше сконцентрированный на том, чтобы не оступиться и не упасть. Тащить Ольгу на себе оказалось не такой уж и простой задачей, как он думал поначалу.
— Не переживай. Скоро ты сможешь отдохнуть, — сухо проговорил он, подходя к двери.
Он сделал ещё несколько шагов, прежде чем идущий рядом с ним отец резко повернул голову и уставился на висящее на стене небольшое зеркало.
— Андрей!
Предупреждающий выкрик почти застал его врасплох. Успев заметить размытый силуэт в зеркале, он отшатнулся назад в ту секунду, когда из зеркальной поверхности к нему устремилось лезвие клинка.
В ту секунду Андрей сделал то первое, что пришло ему в голову. Видя, что не сможет избежать удара, он просто толкнул вперёд Ольгу, прикрывшись ей, как щитом. Клинок вошёл ей чуть ниже ключицы и прошёл тело насквозь, заставив девушку закричать от боли.
Но в тот момент Андрея это волновало мало. День, который практически окончился для него поражением, неожиданно обернулся триумфом.
— Попался, — с наслаждением проговорил Андрей, забывший о собственных травмах. Он бросился вперёд и схватил появившегося из зеркала британца.
Он очень хорошо знал, что отцу нужна всего секунда. И он ему эту секунду дал, с жадной усмешкой глядя на удивленное лицо Алестера Галахада.
— Попался, — вслед за сыном проговорил Илья.
— Что ты сделал⁈ — рявкнул я, рывком вставая на ноги. — За каким дьяволом ты вмешался⁈
— Не кричи, Александр, — попросил человек в зеркальной маске. — В этом нет никакой нужды.
У меня даже слов не было. Хотелось просто орать. Всё было настолько близко и…
Меня неожиданно поразила мысль. Если я был здесь, то получается, что…
— Верни меня назад! — приказал я. — Немедленно!
На собственную душу готов поспорить, что в этот момент он улыбался.
— Конечно, Александр. Как прикажешь.
Подняв руку, Зеркальный щёлкнул пальцами, и в тот же миг я обнаружил себя стоящим на коленях на полу, с занесенной для удара рукой.
Правильно говорят, что нет в этой жизни ничего тяжелее, чем смотреть на губы женщины, которую не можешь поцеловать. Брехня. Куда тяжелее знать, что морда, по которой ты так хотел врезать, буквально ускользнула из твоих рук. Потому что ничего кроме пыльного бетонного пола передо мной не оказалось. Андрей пропал. Сбежал, получив столько необходимую для него заминку.
— Сука! Грёбаный ты ублюдок!
Хотелось врезать по бетону, да руку жалко. Та и так болела, что выть хотелось.
Тихий и хриплый стон откуда-то сбоку моментально вернул меня в реальность. Оглядевшись, увидел харута, который пытался подняться на лапы. Пёс с явным трудом поднялся на лапы и отряхнулся. Где-то у стены стонал Михалыч.
— Михалыч, ты как⁈
— Я тебя ненавижу…
— А если по делу⁈
— Эта сука мне рёбра сломала. И руку. И гордость, похоже, тоже.
Значит, жить будет. Я облегченно выдохнул. А затем посмотрел в другую сторону. Чуть ближе к центру комнаты…
— Да чтоб тебя!
