Тайлер вздохнул, но в условиях, когда платил не он, а брагу будет делать он, цена переставала его так сильно триггерить.
— А ты с дрожжами разберёшься?
— Да, уже собрал дикие ягоды с природными дрожжами, ёмкости есть, воду грею на костре, чтобы не кипяток, но и не ледяная.
— Я хотел спросить про Николая.
— Какого Николая? У нас такого нет, — Василий, вероятно имел в виду что торговцы прибыли каждый с одним-двумя помощниками и особых экипажей не имели. Видимо, самоходные баржи, суда по двадцать метров, плоские, но широкие, чьи трюмы перекрыты натянутым брезентом, обходились без большой обслуги.
— Вы сказали «городок Николай», — мотнул головой я, не давай себя сбить с толку, пока Савелий отсыпал Тайлеру сахар.
— Ну да, — согласился Василий, — у меня так на карте написано.
В подтверждение своих слов он достал замусоленную и склеенную в паре мест карту, которая изобиловала рукописными отметками и ткнул мозолистым пальцем в место, где, вероятно, мы находились.
— Вот! У меня так и написано — «Николай».
— Ладно, с Коляном потом разберёмся. Вы старший из коллег?
— Я. Мне сорок три, — выглядел он на все шестьдесят, хотя и был крепким.
— Рад, что Вы прибыли.
— А я… Посмотрю, рад я или нет. Вы местный городской голова? — прямо спросил меня торговец.
Я задумался. На роль мэра я не напрашивался, но других кандидатур пока что не было.
— Пока так. Пока не назначу кого-то.
— А у вас в каганате так?
— У нас… Мы на моей земле, Василий, городок буквально принадлежит мне.
— Ну тогда рассказывайте, как тут обстоят дела?
— Это первый и как мне кажется, единственный торговый пост в каганате. Я проведу дорогу до имперских земель и в направлении Степи. Дорога будет идти только сюда.
— Мудро. Но на это уйдут годы
— А ещё у нас судоходная река.
— Бьюсь об заклад, раньше она не была судоходной.
— Хозяйка всегда было полноводной, — уклончиво ответил я.
— Пороги, перепады, отмели. По ней никогда не ходили, разве что на лодках, — твердил своё Василий.
— Сейчас так, как Вы видите, — отрезал я. — В перспективе тут будет и железная дорога от Транссиба.
— Ну, речным торговцам железка только помеха.
— Не помешает. А ещё у нас есть аэродром.
— Контрабанда из Китая, — обыденно продолжил мысль торговец.
— Возможно.
Он ухмыльнулся.
— Выходит крепкий такой перевалочный пункт. Ну, с чалдонами и алтайцами мы и так знакомы, они зимой, когда хороший снег, приходят к нам на лыжах, закупаются.
— Да, местный рынок тоже имеет место быть. Но пока что город пустой.
— Надолго?
— Думаю, нет.
— А казаки?
— Волей императора нам дозволено учредить южноалтайское малое казачье войско.
— Насколько малое? Спрашиваю, как купец.
— Пара сотен.
— А деньги у них водятся?
— Да.
— Тогда нам хватит. Дозволяете нам стать на торговлю?
— Да, дозволяю. Но есть и плохая новость.
— Налоги? — с вселенской грустью выдохнул Василий.
— Нет. На каганат напали ногайцы. Отсюда у нас интерес к оружию.
— Токма охотничье. Но мне бы поподробнее про налоги. Война — это проходящее, а налоги — нет.
— Думаю, что ближайшие пару лет никаких налогов в городе не будет.
— Точно?
— Как землевладелец, я в таком не заинтересован. Ну, может, портовый сбор введу, за швартовку, но небольшой.
— Это когда порт оборудован будет, ладно? — тут же стал торговаться Василия.
Я кивнул.
— Значит, вас война не пугает?
— Мы, ежели чего, уплывем. А степняк завсегда между собой воюет или набеги чинит. Мы не любим, но привыкли.
— Ладно. Торгуйте, присматривайтесь, знакомьтесь.
— А внутрь города можно? Там казачий пост нас не пускает.
— Это на усмотрение атамана. Как найдёте общий язык, — уклончиво ответил я.
Меня беспокоил воздушный элементаль. Пока мы говорили, он уже третий раз пролетал мимо, явно пытаясь обратить на себя внимание.
Я распрощался с Василием и прошёл вдоль портовой зоны по границе воды, отойдя от остальных людей на пару сотен метров.
— Чего?
— Эээээ. А что случилось?
— Что вообще происходит?
— Я виски с колой люблю, хотя и не пью их.