— Ну так-то да, на поле его быстро выщелкают.
— А в лесу, степях, болотах, туда, где волки с… спать бояться, туда он проедет и даст прикурить.
— Это точно. Так получается, ты нарисовал?
— Моя схема выглядела несколько иначе, немец изготовил по-своему. Перевезли заготовки по частям в город. А там их собрал наш Иваныч с золотыми руками, причём много матюкался. Он всё за нами переделал и обтачивал напильником.
— Народное творчество… Война закончится, буду просить изучить ценность этой машины для нашей армии.
— Сразу говорю, бесплатно не отдам.
— Само собой, — хохотнул он.
Я забрал свои пожитки, подвесил на место кобуру скрытого ношения, Шило, деньги и документы рассовал по карманам. Вопрос безопасности и того факта, что меня могут похитить, чтобы добраться до золота, изрядно беспокоил, потому что Шило в условиях столицы вёл себя странно и капризно.
Мы выехали из центра Москвы, но недалеко. Было сравнительно ранний вечер, ещё светло, так что я видел, как мы проехали парк, торговые ряды, после чего машина с визгом остановилась около гостиницы с нетипичным для Москвы названием «Бристоль».
Выглядела она очень не очень.
— Что, ноль звёзд и продолжает падать? — не слишком-то тонко намекнул я на невысокое качество отеля.
— Но-но, это гостиница с постоянным контрактом с министерством обороны, тут регулярно селятся иногородние командированные офицеры.
— То есть те, кто способен спать хоть в поле, обложившись убитыми ими же волками?
— Зато тут есть армейский пост охраны. Нормальная гостиница. Ну, не «Метрополь», конечно.
— Уют. Экономный отдых на случай конца света.
— Могу тебя в казармы офицерские определить, — надулся Баранов.
— Ладно, селите меня здесь, господин сатрап. Я всё понял, это расплата за то, что припахал на боевые действия.
— Аркадий Ефимович!
— Да ладно-ладно, я всё понимаю, приказ… Приказ пугать иногородних гостей Москвой, чтобы не ломились тут жить.
Для полноты унылой картины администратора за стойкой регистрации не было, но Баранов этого уже не увидел, помахал рукой из машины и дождался, чтобы я зашёл в здание.
Проводив взглядом машину Баранова, я снова вышел на воздух.
— Хотите к девкам весёлым, господин хороший? — окрикнул меня из-за угла извозчик.
От неожиданности я вздрогнул всем телом и непроизвольно потянулся к кольту.
— К девкам не хочу. А есть в центре гостиницы в этом городке?
— Это Москва! — патриотически обиделся извозчик на «понаехавшего».
— Знаю-знаю, город в окрестностях Коломны.
— Да я могу даже в гостиницу возле Красной площади отвезти, там номера есть с видом на Кремль!
— Ну так вези, чего стоишь?
Мы поехали. Я был без багажа, что озадачило извозчика. По ощущениям этот типчик, весьма разбойного вида, посматривал на меня так, словно подумывал над тем, чтобы притормозить и ограбить меня. Во всяком случае под сидением он прятал короткую, с металлическими кольцами дубинку.
— А что, господин хороший, Вас в «Бристоль» привезли-то?
— А я в карты все деньги проиграл, банку должен. Я банкрот. Меня судить будут за банкротство.
— А разве за банкротство судят?
— А как же! Закон вышел что, если не можешь банку отдать деньги, отправляешься на рудники, отрабатывать.
— А мне-то заплатить будет? — поздновато забеспокоился извозчик.
— Будет.
— Двенадцать рублей будет за проезд.
— Будет, не бойся, вези.
— И костюмчик у Вас ничего такой. Фигурой точь-в-точь как мой сосед, он бы такой купил рубликов за тридцать, — извозчик решился всё-таки и, фальшиво посвистывая под нос, притормозил в тёмной аллее.
Недобро улыбаясь, он развернулся с дубинкой ко мне. Судя по движениям, угрожать он мне даже не собирался, хотел сразу приложить по темечку и ценности (а денег у меня объективно было много, я всё ещё таскал кассу на случай приезда плавучих торговцев в каганат) изымать с «бесчувственного тела».
Резко остановившись, он ошеломлённо замер, уставившись в темноту ствола кольта, нацеленного ему в лицо.
— Столица, твою мать. А манеры как у дикарей, — я сцапал дубинку и мощным пинком вытолкнул его с его лавки.
— Да я просто… Как Ваше здоровье хотел спросить!
— Получше твоего, — я пересел на его место и указал стволом, чтобы он проваливал.
— Барин, ну это ж мой экипаж!
— Найдёшь его около Кремля, пёс. И чтобы эта попытка ограбить была последней. Я офицер секретной службы, если узнаю за тобой новые грехи, то получишь десять лет каторги, именем императора клянусь.
Тронул вожжами лошадку и неспешно покатил вперёд. Вообще я не так себе представлял собственную езду по столице, совсем не так… Не на угнанном у шального извозчика двухместном экипаже.
Тем не менее я катил в направлении центра и в дорожных развязках не разобрался. К тому же на меня с большим подозрением посмотрели патрульные, так что оказавшись в самом центре, я свернул в переулок и экипаж бросил, прошёлся пешком.
Было ещё не поздно, так что я зашёл в ресторан и сравнительно недорого покушал, размышляя о своих делах и намечая мероприятия.
Я всё-таки адвокат вольного города, только сразу целого города и не Кустового. Надо кое-что предпринять.
