— Итак, сэр Филинов, Вы предлагаете нам сдать оружие и безоружными проследовать за пределы каганата с обещанием больше не принимать участие в боевых действиях в нём?
— Нет, я такого не говорил. Моё предложение простое, как швейцарский топор.
— Может, надёжное, как швейцарские часы?
— Топор. Вы сдаётесь мне в руки, и я вас помещаю в тюрьму в городе Николай. Всю роту. Совместное и сравнительно комфортное пребывание. Никаких пыток, принудительного труда, истязаний, приличная кормёжка. А вы обещаете не бунтовать и не пытаться устроить побег. Всё же опыт по удержанию пленников у нас невелик. И вы становитесь разменной монетой в большой игре. Я хочу выменять на вас мирный договор.
— То есть, отпустить меня Вы не хотите? Но у нас остаётся второй выбор — принять бой.
— Никакого боя, Дьюснэп. Я буду херачить вас из артиллерии, пока вы не кончитесь.
— У нас есть ещё склад, который мы удерживаем. Козырь в торговле?
— Нет. Пофигу мне боеприпасы и продукты. У меня отменное снабжение, капитан.
— Откуда, чёрт возьми, у Вас столько патронов? По нашим расчётам они у Вас должны были давно кончится. А наши агенты в вашей империи говорят, что закупку оружия и патронов там, в России Вы не ведёте?
— Ах, Вы на это рассчитывали? Что у нас кончатся патроны. Ну так я Вас разочарую. Мы производим патроны сами.
— Сами?
— В промышленных масштабах. У нас патронов настолько много, что мы бы давно начали продавать их в Степь, если бы не боялись, что их заполучите вы.
Англичанин закряхтел. То, что я сказал про патроны, то есть штуку для линейной пехоты необходимую, ему не понравилось. Видимо англичане неплохо считали и предполагали, что я быстро уткнусь в «патронный голод».
— Я закурю? — он достал портсигар и предложил мне.
— Курите на здоровье, спасибо, а я не буду, мне доктор запретил. Риск рака простаты, — как обычно, я врал, ссылаясь на разнообразные заболевания.
Он закурил и пустил струю ароматного дыма.
— Врать не буду, граф Филинов, Вы меня до конца не убедили. Воинская доблесть против артиллерии…
— А это потому, что Вы не рассматриваете ситуацию в целом.
— Ну, просветите меня, граф.
— Давайте я буду рассуждать как адвокат. Отступим на несколько шагов назад. То есть, в недавнее прошлое…
— Давайте, — он сделал ещё затяжку.
— Начинается всё с того, что ничем не примечательный каган, пойдя на поводу у своего адвоката, принял конституцию и по сути, создав конституционную монархию.
— Этот адвокат это Вы, граф?
— Врать не буду, я он и есть.
— Я что-то такое слышал.
— Это «что-то такое» задвигало человеческие судьбы и экономические ресурсы. Всё дело в том, что, во-первых, модель конституционной монархии пугает тех, кто внутри существующих монархий.
— А чем опасна конституция? — поднял одну бровь капитан.
— По мне — так ничем. Но у кого в нашем мире есть конституции? Швейцария? США? Вы те конституции читали?
— Знаете, не довелось.
— А я читал. И там гроб с музыкой, страх и ужас.
— Всё так плохо?
— Эти конституции — ситуативный политизированный документ, кривой и косой. И главное, Североамериканские штаты и Швейцария — это республики. То есть государства, где нет короля. Традиционно монархи с конституцией, которая упорядочивает и ограничивает их права, не играются. И делают вид, что это вообще невозможно, и никто в мире так не делает.
— Прецедент?
— Да. Дело в том, что это условно плохой пример. Они не хотят, чтобы из-за никому не нужного Юбы по пабам какого-нибудь района Ислингтон в Лондоне болтали о необходимости запилить конституцию в Британии.
— У нас традиции, мы и без конституции неплохо живём.
— И тем не менее, это опасная для британских устоев точка зрения. И вторая причина в самой Степи. Всех «больших игроков» устраивает, что это большая серая зона, где можно ловить рыбку, добывать полезные ископаемые, таскать контрабанду и так далее. Вот умные и слегка лысые под париками мужики из здания Вестминстер и подумали…
— Палата лордов?
— Да, они, ваши уважаемые английские лорды, сэры, пэры. Так вот, они прикинули хвост к носу, что их устраивает недоразвитая феодальная система правления в Степи и бардак. Прецедент повлечёт в перспективе создание новых государств и что дальше?
— И что же, по Вашему мнению?
— Ну вот они и подумали. Что дальше? Они там в Степи создадут конфедерацию ханств? Ну и на хер она кому нужна? Степняки введут таможенные пошлины, будут регулировать хищническую добычу полезных ископаемых. Не будут давать себя объегоривать.
— Незнакомое слово.
— Обманывать, — пояснил я.
— Ну да, аборигена легко обмануть.
— Короче, вся эта история, она никому, кроме самих степняков, не нужна.
— Ну… допустим.
— Допустим, да. Следующий шаг после принятия политического решения о вмешательстве Британии, это привлечение военных экспертов. Таких как вы.
— Но-но, я солдат, а не интриган.
— А я и не говорю, что интриган. Военных вся эта драма и лирика слабо волнует. Так?
— Ну, для меня всё, что Вы рассказали, пусть и нечто новое, но не так уж и важно.
