Он был крупным, намного крупнее Криса. Я не знала, что возможно такое заполнение, сумасшедшее и почти болезненное. Меня раздвигало и растаскивало, будто Итан весь заходил в меня.
— Я почти, Мари, я почти. Еще немногооо.
Кошка завизжала в экстазе, когда он зашел весь. Внизу возбужденно тянуло, ноги дрожали. По вискам парня текли капли пота, он явно сдерживался из последних сил. Наконец, он замер, рассматривая мое опустошенное, залитое наслаждением лицо, и довольно промурчал:
— Так и знал, что ты мне идеально подходишь. Теперь пойдет хорошо.
И оно пошло. Тумбочка тряслась, стуча о стену. Но нам было все равно.
Я таращила глаза, безвольно открывая и закрывая рот в жалких стонах, а он входил и выходил, врезался в меня всем телом, застывал, хрипло постанывая и опять двигался.
Он отстранился, дергая за завязки блузы, распахивая ворот.
— Дааа, красиво каак, — и снова задвигался, поглядывая на оголенную подрагивающую грудь, держа руками мою затуманенную голову, вылизывая ловящий воздух рот, и отчаянно, остервенело двигая бедрами.
По телу раскатывались волны удовольствия. С каждым толчком он вбрасывал и вбрасывал волны наслаждения в мое потерявшееся от дрожи тело.
— Котенок, единственная моя, — захрипел он, когда я застонала, подергиваясь в затопившем блаженстве, — возьми, возьми, возьмиии…
Было странно, но было хорошо.
Меня целовали и баюкали в больших руках. Отнесли в ванну и деловито подмыли. «Не сильно глубоко, пусть запах останется, и котята заведутся, ты же не против?»
Лежа на кровати, я успокаивала все еще колотящееся сердце и наблюдала, как застегиваясь, Итан превращается в знакомого мне спокойного и собранного капитана.
Внизу ныло, мне нравилось как искоса он кидает жадные взгляды на мои обнаженные бедра. Одеваться совсем не хотелось. Дверь резко дернули. От неприличной ситуации спасла только задвижка.
— Открывайте, — пророкотал с той стороны голос Люшера.
Я охнула, заметалась по кровати, то натягивая на себя покрывало, то суматошно ища одежду.
Итан подошел к двери, выдохнул и произнес:
— Мы спустимся вниз через минуту.
— Что вы там делаете? — рявкнули из-за двери.
— Одеваемся, — пискнула я, надеясь, что это образумит рвущегося оборотня. Но как же я мало была знакома с этим миром.
За дверью рыкнули. Она затряслась и пошла трещинами в районе задвижки. А потом с грохотом открылась.
— Мисс Ерок, прошу прощения за мою несдержанность, на политесы как-то времени нет, — заявил Люшер, заходя в комнату широким шагом и принюхиваясь.
Я ловила ртом воздух и пыталась прикрыться покрывалом. «Какой стыд. Что он делает?» — метались мысли в голове.
— У вас вообще промежутки между увлечениями бывают? Только я узнаю, что вы расстались со своим вампиром, а вы уже кувыркаетесь в постели с оборотнем, — он был зол и не сдержан.
В комнату осторожно заглянула любопытствующая Шани, торжествующе выпучившись на мой неподобающий вид. Вот кто ему доносил о моей личной жизни, сколько же всего могла услышать эта тихая, незаметная девушка.
Люшер остановился напротив кровати в ожидании то ли оправданий, то ли извинений.
— Я уважаю власть примархов, — глухо сказал Итан, — но если вы дальше будете так разглядывать мою девушку и повышать на нее голос, то..
— То что? — иронично прервал его Люшер. — Что ты сделаешь? Ты вообще слышал, что Я пригласил ее на свидание? Решил отметиться там, где буду я? Кем ты себя возомнил, щенок?
Это было ужасно, катастрофично и неправильно.
Итан сделал шаг вперед, темнея лицом. Люшер зарычал. Страшно, рокочуще, вкручивая звук в кости. Требуя оборота и полного подчинения.
Капитана выгнуло, он ухватился за стол, чтобы устоять, но удержался от трансформации, продолжая с вызовом смотреть на древнего.
Они вели себя как звери, готовились драться за самку. Значит мне нужно было вести себя как человек.
— Родди успел передать информацию из полиции о ритуальных жертвах? — громко спросила я. — Теперь мы остановим череду смертей.
Информация из полиции никак не означала быстрого завершения дела, но нужно было любое громкое заявление, чтобы привлечь внимание примарха.
— Сидеть! — рявкнул он на Итана, и тот опять не подчинился, не сел, только покачнулся.
«Сядь, сядь пожалуйста!» — жалостливо засигналила я лицом, и альфа нехотя оперся на стул, его ноги дрожали. Еще пару минут и капитана бы сломали.
Я разозлилась, но ситуация еще не была решена, нужно держать эмоции в узде.
— По распоряжению Итана мы были сегодня в полиции, чтобы узнать о смертях оборотней.
— Дальше, — нехотя уронил примарх. Его верхняя губа уже не поднималась в злобном дрожании. Опыт сотен лет научил его быстро брать эмоции под контроль.
В короткой скороговорке я сообщила всю официальную информацию: о четвертой жертве, о следах меди, о том, что два дела скорее всего связаны.
— Что за медные цилиндры? Почему я не в курсе?
У двери завозилась Шани.
— Я думала это не важно и…
— Тебе не думать надо было, а сообщать всю возможную информацию, — рявкнул Люшер, и голова Шани тут же исчезла из проема.
Какое облегчение. Почему-то больше всего я стеснялась не оборотней, а именно ее липких разглядываний.
