— У меня в компе — есть целая пачка приказов Наркомата Обороны за 1941–1943 годы, где стереотипно, годами (!), отмечается систематически плохое питание рядовых военнослужащих, даже при полном достатке (!) необходимых продуктов на складах и в передовых частях… Воровство — очень отдельная причина недостачи. В большинстве случаев — солдат морили голодом сознательно "отцы-командиры" довоенной выучки… Надо? Или — "не хотите знать"?! Принципиально изменила ситуацию только массовая ротация "низового" командного состава РККА до уровня полка включительно, их замена на передовой "офицерами военного времени", из бывших "гражданских", как раз завершившаяся к лету 1943 года…
— Хоть один пример…
— Легко! Весной 1943 года, в действующей армии (!) разразилась эпидемия "куриной слепоты", поразившая примерно треть личного состава. С марта по апрель, вдоль всей линии фронта, можно было наблюдать странные "сумеречные шествия", напоминающие картину Питера Брейгеля Старшего. Один солдат — вел за собою вереницу других. Большой палкой он ощупывал путь, а все остальные — шли гуськом, крепко держась друг за друга… Они абсолютно ничего не видели! Это были жертвы острого авитаминоза, при котором человек лишается зрения в темноте. Лечат "куриную слепоту" свежим мясом, овощами, зеленью, витаминизированным сливочным маслом. Этих продуктов солдаты не получали с осени, пробавляясь "пустыми" кашами с супами, да черным хлебом. Секретные отчеты про массовую "не боевую" смертность военнослужащих РККА в 1941–1944 годах от так называемых "болезней недоедания" — надо?
— Обойдусь… — не убедила, но хоть чуть усмирила, — Главное тут, как я понимаю, вызванные голодом "изменения психики"?
— Разумеется! Вопреки расхожему мнению, длительно голодающие, на бунт или активное сопротивление — не способны. Возмущение и протест — провоцирует только резкое ухудшение рациона. И это — правило без исключений. Даже Чингис-хан из рабства с трудом убежал, а не освободился силой. Причем, что особо ценится, "состояние тупой покорности" при голоде наступает совершенно незаметно.
— А если попадется особо выдающаяся личность? — упертый мужик, не хочет верить…
Вы фактов хотите? Их есть у меня!
— Состояние германских войск на переднем крае Западном фронта, поздней осенью 1918 года, примерно представляете?
— Глубокая и беспросветная задница… Голод, холод, длящиеся по несколько суток артиллерийские бомбежки и тотальная химическая война…
— Итак, в 16-м Баварском полку там и тогда честно служил посыльным при штабе ничем не примечательный ефрейтор. Несмотря на безупречный послужной список, нечеловеческую храбрость и исполнительность — без малейшей надежды на повышение в звании… Главной причиной прискорбного отсутствия служебного роста, по компетентному мнению его непосредственного командира, лейтенанта Видемана была "недостаточная способность к руководству". Другими — небрежная выправка, сутулость, не всегда вычищенные сапоги, ну и недостаточно звонкий стук каблуков при отдании чести офицерам…
— Всё как у людей… — ехидно прокомментировал селектор.
— Тому имелись некоторые объективные причины. Даже, если на фронте царило затишье, последние месяцы войны — тянулись для солдат на передовой исключительно тяжело… Были до предела урезаны нормы питания… От нестерпимого "белкового голода" — ели кошек, собак и крыс… Товарищи ефрейтора потом вспоминали, что лично он — предпочитал кошек (возможно, из-за украденной у него любимой собаки). Однако, боевой дух фигуранта — оставался чрезвычайно высоким. Как-то, выполняя очередное задание, он заметил в пустом окопе что-то похожее на французскую каску. Подполз поближе и увидел четырех французских солдат. Вынув пистолет (к тому времени винтовки у посыльных заменили на пистолеты) — он начал выкрикивать по-немецки команды, словно при нем находилась рота солдат… Доставил четырех пленных непосредственно командиру полка, полковнику фон Тубойфу и получил от него благодарность, а затем был удостоен Железного Креста первой степени. Позднее, полковник отмечал, что герой регулярно вызвался добровольцем на самые трудные и опасные задания и всегда был готов отдать жизнь за Фатерлянд, однако, к сожалению — "оказался начисто лишен командирских качеств"…
— Можно без обидняков… Я понял, о ком вы говорите, — нет уж, теперь терпите.
