— Первая Мировая война и революция в России — резко изменили отношение к "психам". Во-первых, оказалось, что на передовой такие "психи" — удивительно живучи и склонны накапливаться в товарных количествах (как "люди длинной воли" в воюющей насмерть Монголии XII века). Германские отряды "штурмовиков", под конец войны, в значительной степени состояли из них. Без балды, это были самые "идейные" и боеспособные солдаты своего времени. Во-вторых, внезапно выяснилось, что как раз на упомянутых фанатиков стандартные приемы "военно-полевого няша" не действуют в полной мере. Военные приключения будущего вождя германской нации тому яркий пример. Однако, самой неприятной новостью оказалась способность "фанатиков" к "самоорганизации на доверии" в "сетевые структуры" и "партии нового типа", вроде русских "большевиков"… С этим надо было что-то делать и лучшие силы мировой психиатрии были брошены на изучение феномена. Профессор Фостер — своими глазами видел чудо, но (в отличие от Бехтерева) не понял его значения… и свалял дурака…
— Так был гипноз или нет? — какая нетерпеливая…
— Была попытка гипноза… Но, в отличие от опытного и циничного Бехтерева, который точно знал, что "психи" — словесной манипуляции не поддаются, со Сталином в такие игры не играл, а показывал фокусы на его подчиненных из ЦК ВКП(б) — глупый профессор Фостер попытался использовать лечение Гитлера от голодной слепоты, отягощенной нервным расстройством, в рекламных целях. И ломал комедию с гипнозом больше недели, вероятно считая, что подопытный не осознает смысла происходящего.
— Поясните…
— Любая война — бесплатный полигон для "острых медицинских экспериментов". Часто — вполне бесчеловечных. До размаха доктора Менгеле было ещё далеко, но тенденция намечалась. Эдмунт Фостер занимался тем, что изучал "пороговые состояния" человеческой психики. Благо, что с фронта непрерывно поставляли свежее "битое мясо". Ослепший Гитлер показался ему удачным "образцом" вполне здорового морально и физически человека, причина недуга которого заключалась в крайней слабости от плохого питания и нервного стресса. Госпитальная кормежка почти не давала шанса на выздоровление. Однако, на "сеансах гипноза", профессор угощал пациента бутербродами (с настоящей колбасой) и поил настоящим кофе (с настоящим сахаром), таким образом — опытным путем определяя "порог включения" глазных нервов. Видимо, это ему удалось, так как 20 ноября 1918 года — уверенный в успехе психиатр пригласил кинооператора, который зафиксировал на пленку ход эксперимента по восстановлению зрения пациента "методом гипнотического внушения последнему мании величия"… И плевать, что будет потом.
— Так это же, получается, форменное издевательство! — не выдержала филологиня.
— Ничего личного, девушка, медицинская этика… — прокомментировал говорящий ящик.
— А мнение по поводу происходящего самого Гитлера — никого не волновало, — Соколов в известной степени проникся к фюреру сочувствием.
— Не то слово. Подумаешь, какой-то жалкий ефрейтор. Кто его знает? Кому он скажет?
— А на самом деле? — начальник правильно ставит вопросы.
— Возможности как-то качать права у смертельно голодного и полуслепого инвалида в тот момент, разумеется не было. Но, ученый профессор не принял во внимание одну важную особенность мышления всех "окситоцинщиков" — великолепную память. На неё голодание не действует. Гитлер этого сеанса "лечебного гипноза" не забыл. И через пятнадцать лет — ему представился случай поквитаться.
— Про это в книжке тоже есть…
— Читала… Там полная чушь. Дэвид Левис пишет, что после победы NSDAP на выборах и назначения Гитлера канцлером Германии, Фостер, узнавший бывшего пациента — якобы пришел в ужас. С точки зрения здравого смысла — фигня! Кто такой Гитлер поздней осенью 1918 года? Добропорядочный ветеран войны и патриот Германии. Заслуживающий уважения кавалер ордена Железного креста первой и второй степени. А в 1932 году Гитлер — подающий надежды политик, патриот и популярный оратор. В недалеком будущем, он — "Человек 1937 года", по версии журнала "Тайм"! С какой стати паниковать? Ни новой мировой войны, ни преступлений нацизма — ещё не было! Так что, если горе-профессор спешно принялся строчить заметки, в которых описывал "метод", использованный им при лечении Гитлера, для рассылки их в иностранные журналы — это не признак паники! А уж тем более — не "забота о будущем человечества". Избирательная компания шла гласно, Фостеру следовало вывалить все свои откровения в печать до выборов. В любые времена и при всех режимах, публикация подобных сведений после выборов — называется "дискредитацией власти" и по факту является бесстыжей саморекламой. Наверное, дяденька собирался напомнить миру о себе, как минимум — подзаработать на интервью… Однако, гестапо приехало к нему раньше корреспондентов…
