Тяжелые неудачи, постигшие Афины, привели к изменению политической ситуации. Демагоги, затеявшие сицилийскую авантюру, такие как Писандр, Андрокл, Демострат, потеряли теперь всякое влияние (Thuc., VIII, 1). Афиняне начали приходить к убеждению, что крайняя демократия не в состоянии вывести государство из кризиса. Возникла необходимость укрепить правительственную власть в противовес народному собранию. Такому решению способствовало и изменение расстановки политических сил в городе. Все сословия и классы понесли в Сицилии тяжелые потери, но потери фетов были особенно серьезны. Кроме того, спартанцы, побужденные вторжением в Лаконию 414 г., начали военные действия в Греции и ранней весной 413 г. захватили Декелею и поставили там постоянный гарнизон (Thuc., VII, 18–19; VI, 105,1–2). Сельская местность была разорена и домом землевладельцев стал город, где они были необходимы для охраны стен от неожиданных нападений из Декелеи (Thuc., VII, 28,2). Когда летом 412 г. на побережье Ионии вспыхнула морская война, феты — «корабельный люд» — вынуждены были служить во флоте за границей непрерывно вплоть до 410 г. Поскольку лица гоплитского ценза были теперь сконцентрированы в городе, а число фетов сильно уменьшилось, баланс сил в экклесии сместился в сторону умеренных[165]. Осенью 413 г., когда вести о сицилийской катастрофе достигли Греции, Афины стали на путь конституционных изменений.
Высшим правительственным учреждением была сделана коллегия десяти пробулов, избранных народным собранием из числа пожилых опытных людей, видимо, на неограниченный период времени (Thuc., VIII, 1,3; Aristot. Ath. pol., 29,2)[166]. Какими функциями обладали пробулы, мы точно не знаем. Из «Лисистраты» Аристофана следует, что их полномочия были очень широкими: пробулы держат ключ от городской казны, они, а не пританы дают ордер на арест преступников, и именно пробулы, а не стратеги руководят борьбой с восстанием женщин (Aristoph». Lys., 440; 450)[167], однако вполне вероятно и то, что Аристофан умышленно гиперболизировал роль пробулов, приписав им функции других магистратов. Во всяком случае, к пробулам перешла важнейшая функция совета — пробулевма — принятие предварительных решений и рекомендаций народному собранию. Слово «пробул», собственно, и означает «принимающий предварительное решение». Пританы, возможно, продолжали созываться и осуществлять контроль за народным собранием, но они сами, должно быть, действовали под контролем пробулов, которые были ответственны за составление повестки дня и Буле, и экклесии[168]. Аристотель в «Политике» определяет коллегию пробулов как олигархическую магистратуру (Aristot. Pol., IV, 7,8, 1299b, 30–35). Действительно, ее учреждение было решительным шагом афинского общества в сторону олигархии, хотя формально демократический строй сохранялся.
Была проведена также финансовая реформа: форос был заменен пятипроцентной пошлиной на ввозимые и вывозимые товары, отдаваемой подрядчикам на откуп. От этой меры ожидали быстрого увеличения государственных доходов, она не требовала насильственного взимания недоимок, что должно было улучшить отношения с союзниками, кроме того, она, видимо, была удобнее, так как, восстанавливая морской союз, афиняне вернулись именно к ней[169]. Правительство пыталось всеми силами сократить расходы, однако тогда еще не решилось тронуть систему оплаты должностей и государственных пособий (Thuc., VIII, 1–3). Вместо этого афиняне решились использовать резерв — 1000 талантов, отложенных Периклом в 431 г.; они были пока вполне способны противостоять своим противникам, но в конце 412 г. их позиции были еще шаткими[170].
