На краю деревни были возделанные поля. Значит это всё-таки мирное поселение? Зачем нас сюда привели? Неужели в качестве сельскохозяйственных работников?
Нас привели на небольшую площадь и выстроили в два ряда, спиной друг к другу. Вскоре показались первые местные жители, которые внимательно осматривали пленников и одобрительно кивали головами. Мне это напомнило средневековый невольничий рынок, но я же точно читал, что в империи нет рабства. Или это уже другая страна? С каждым разом возникало всё больше вопросов, на которые у меня не было ответа.
К стоящим поодаль конвоирам подошел тот самый переводчик, которого я мысленно называл «китаец», и принялся о чем-то оживленно спорить, бросая в мою сторону выразительные взгляды. Конвоиры долго отрицательно махали головами, но потом внезапно все повернулись ко мне с удивленно вытаращенными глазами. «Китаец» сказал ещё что-то, и они тут же утвердительно закивали головами.
Переводчик подошел ко мне, решительно взял за предплечье, вытащил из строя и куда-то поволок.
– Сделай вид, что ты упираешься, – сквозь зубы прошептал он.
– Куда ты меня ведёшь? – так же тихо спросил я, делая вид, что сопротивляюсь.
– Потом расскажу.
В какой-то миг я оглянулся и заметил, что все провожают нас взглядами: аборигены завистливыми, пленники сочувственными, а конвоиры всё так же таращились на меня, как бараны на новые ворота.
Переводчик привел меня к отдельно стоящему строению из глиняных кирпичей, без окон, но с очень крепкой дверью, оббитой металлом. Снаружи этот сарай выглядел заброшенным и очень старым, но это было обманчивое впечатление.
«Китаец» первым зашел внутрь, осмотрел помещение и потом позвал меня.
– Не номер люкс, но здесь ты будешь в безопасности.
– Мне что-то угрожает?
– А ты ещё не понял? – удивился он, и его глаза сделались такими же большими, как у тех ошалевших конвоиров. – Советую выспаться, завтра после обеда тебя ждет испытание.
Он стремительно вышел и запер дверь.
Похоже, что раньше это был сарай для хранения продуктов. Где-то под крышей устроены вентиляционные отверстия, сквозь которые в помещение врывался холодный сквозняк. Я поёжился, плотнее закутался в одеяло и приступил к осмотру своего временного жилища. Сквозь те же отверстия внутрь приникало совсем немного света, что позволило немного осмотреться. Мне показалось, что кто-то заранее озаботился о том, чтобы подготовить это место к относительно комфортному пребыванию пленника. В углу лежала куча относительно свежего сена, и я решил, что это место для сна. В противоположном конце я обнаружил чистую глиняную ёмкость, от которой исходил специфический аромат. Похоже, она уже длительное время выполняла роль ночного горшка и пропиталась миазмами, жаль, что к ней не предусмотрена хотя бы крышка.
Распределив равномерно сено вдоль стены, где меньше всего сквозило, я устроил что-то вроде гнезда, постелил сверху одеяло и устроился с относительным комфортом, укутавшись в одеяло и набросав сверху немного сена с боков.
Перед сном услышал какое-то шебуршание и попискивание, похожее на мышиное. Но я не стал отвлекаться на поиски «соседей», чтобы изгнать их. В конце концов, это же я к ним подселился, надеюсь, они не будут устраивать мне дедовщину.
Спал крепко. Разбудил меня звук открываемой двери и ворвавшийся вихрь теплого свежего воздуха. Снаружи было значительно теплее, что ещё раз убедило меня в том, что поместили меня в импровизированный холодильник.
– Как спалось, юноша? – поинтересовался переводчик. – Местные обитатели не сильно досаждали?
– Спасибо, всё нормально, – ответил я, выпутываясь из одеяла. – Эти милые существа вели себя очень толерантно.
– Милые существа? – хмыкнул второй вошедший в каморку. – А ты их видел?
Он поставил на пол кувшин и накрыл его краюхой хлеба. Я почувствовал запах свежей выпечки и протянул руку к еде.
– Нет, но мне показалось, что это прелестные пушистые серые комочки с длинными хвостиками и серыми ушками.
Мужчины переглянулись удивленно, а потом дико заржали. Я удивился такой реакции, но решил, что просто сказал какое-то идиоматическое выражение, обозначающее на их языке какую-то непристойность.
Я не стал вдаваться в подробности, впился зубами в краюху и от наслаждения застонал.
– Ты прости, но мне очень хочется есть.
– Я понимаю, – улыбнулся переводчик. – Ты ешь, но я буду говорить. Итак, сегодня тебя ждет испытание. Что-то типа отборочного тура. Оно будет проходить на специализированной площадке для боев, расположенной за деревней. Наш главный Хэпин не поверил моим словам и решил проверить действительно ли ты владеешь потоком, причем на том уровне, что на тебя нацепили наручники. Чуть позже к тебе зайдет Шенли и расскажет подробнее.
Закончив свой монолог, «китаец» удалился, закрыв за собой дверь. Вновь в помещении стало темно.
Я доел хлеб, выпил половину воды и почувствовал естественные физиологические потребности. Поскольку был день, я не решился воспользоваться ночным горшком, а просто подошел к двери, чтобы позвать кого-то из стражников, в надежде, что меня сопроводят в соответствующее место.
