— Я знаю… Мне мама говорила, — снова сострил Павел, и тут они рассмеялись в унисон.
Поговорили о её работе, которая теперь обещала стать намного насыщеннее и веселее. Быть руководителем студенческой группы — это возможность самой вновь окунуться в молодость. А кто не хочет из нас хотя бы на миг вернуть ту пору, когда почти беззаботная среда наполнена яркими красками ожидания счастья? Оно за углом, если выйти из института после успешно сданного зачёта или экзамена. Для девчонок там кафе-мороженое, для мальчишек — пивнушка с местной воблой. А вечером — общая тусовка на дискотеке под спотыкающийся речитатив популярного общаговского рэпера. Даже несданный экзамен или проваленная сессия после окончания вуза вспоминаются как мелкие шалости судьбы. Именно шалости, а не трагедии вселенского масштаба. От сессии до сессии живут студенты весело, а сессия… А сессия во втором полугодии двадцать второго года в мариупольских институтах так и не состоялась. Наверное, поэтому Агапея с особым трепетом ждала начала учебного года и любила об этом поговорить с Павлом. Он слушал её и благодарил провидение за право быть для Агапеи человеком, которому она может доверять. Лучше слушать о мирных планах любимого человека, нежели загружать его пересказами о ратных подвигах и просто буднях на переднем крае.
Всё это потом… После победы… Может быть… Если захочется рассказать, а не забыть, как кошмарный и невыносимый сон, преследующий долгие годы и после войны.
Потери волновахской комендатуры восполнили новыми бойцами Рагнара, которых на блокпостах Мариуполя заменили парни из несостоявшейся комендатуры Артёмовска-Бахмута. Гвардии рядовому Костину Рагнар разрешил приехать в город на пару деньков…
Сказать, что Павел спешил на встречу с Агапеей, было бы не совсем правильно. Он преодолел расстояние от казармы до института как метеорит, остановив такси лишь однажды у цветочного киоска. Вихрем взлетев по лестничному маршу на самый верхний этаж здания и оказавшись в широком и пустом коридоре с учебными аудиториями, он сначала растерялся, но, услышав до боли знакомый голос на каком-то непонятном языке, ткнулся в нужную дверь, распахнул её и тут же увидел широко раскрытые, полные изумления голубые глаза Агапеи, которая только и успела вскликнуть, как тут же оказалась в крепких объятиях Павла. Потом она взяла его лицо в свои руки и нежно приложилась устами к его губам…
Они стояли так долго, целуясь и не замечая, как студенты, стараясь не спугнуть молодых, тихонечко покинули аудиторию и закрыли за собой дверь.
— Как долго я тебя ждала, — с выдохом и как-то устало произнесла Агапея.
— Вот я и приехал. Всего-то месяц с небольшим.
— А будто вечность прошла. — Она говорила и продолжала гладить его лицо. — Похудел-то как сильно. Мы сейчас поедем к нам, и я тебя буду кормить. Сколько у нас с тобой времени?
— Два дня.
— И две ночи, — добавила еле слышно Агапея и посмотрела Павлу в глаза.
От этих слов и зовущего взгляда девушки Павел наполнился волнением, снова прижал любимую к себе, и губы их опять слились в жарком и затяжном поцелуе.
Держась за руки, будто боясь потерять друг друга по дороге, они зашли во двор и тут же громко, весело поздоровались со скамеечными щелкуньями и звонарками. Бабкам только и оставалось, словно китайские болванчики, приветливо покачать головами и произнести кто во что горазд: «Доброго денёчка!», «Здрасьте!», «Здравия желаем!», «И вам не хворать!»
Оксана Владимировна встретила с открытой улыбкой, даже приобняла Пашку и поцеловала в щёчку, от чего он немного смутился, но тут же вручил ей букет цветов, который изначально предназначался Агапее. Ближе к вечеру, убрав со стола и собрав себе постельные принадлежности, мудрая женщина ушла к соседке, оставив Агапею с Павлом наедине…
Не нужно было слов, не нужно было объяснений и уговоров. Они оба с нетерпением ждали мгновения, когда смогут снова не только слиться в возбуждающем поцелуе, но и соединить свои тела в опьяняющем, зажигательном сплетении. Она скинула с себя сарафан, он судорожно сорвал форму и, скомкав, бросил себе под ноги. Павел взял Агапею на руки и бережно уложил на постель. Застёжка лифчика долго не поддавалась, девушка сама отстегнула её и тут же отбросила бюстгальтер в сторону. Он провёл рукой ниже её лобка…
Страсть накрыла обоих. Павел не стеснялся целовать её везде, нежно покусывая соски, пальчики рук и ног, нежно присасывался к шее и наконец, увлечённый пылкостью и азартом, прикоснулся язычком к самой эрогенной женской зоне, чем ещё больше раззадорил любимую. Она ответила взаимностью, от чего Павел чуть не дошёл до момента извержения… Агапея остановилась, удобно устроилась на спине, развела колени и шёпотом позвала Павла:
— Иди ко мне, любимый! Войди в меня и не выходи до самого конца. Я хочу от тебя ребёнка…
